Поэзия | IncubusWithLove

Поэзия

Богатый нищий.

Когда я прекращу писать стихи,
Тогда я позабуду кем я был и стану.
Ничем не смыть мои грехи,
Как говорится: «Мне не по карману.»

Я в современном мире — нищий
И только лишь поэтому богат.
Карман «порадует» своей дырищей,
Но, как и прежде я кричу: «Виват!».

Ведь то что ценно без сомнений,
Эквивалента не имеет злату.
И сколько б не имелось мнений,
Достаточно услышать лишь сонату.

Скрывается в которой все очарование,
Игра эмоций, красок ярких чувств…
Порой нам нужно лишь признание,
Брильянтом быть среди других искусств.

Быть лицедеем может не мечтает каждый,
Но в мире больше не имеет цену слово.
Насколько бы творец ни был отважный,
При жизни не найдет себе он крова.


Мои слова лишь пыль…

Искусство веет холодом словно зима,
Которая подкралась незаметно.
Ведь даже мелкая деталь, так на виду,
Так не скромна… Все это больше не заветно…

Но грехом стал ли этот век,
Он правда так неописуемо ужасен?
Так долго существует в мире человек,
А мир и без него вполне прекрасен.

И все же есть одна безуминка, искра,
Что человечеству не может дать покоя.
Ведь все это быть может лишь игра,
Для жаждущего жить в гармонии изгоя.

Мои слова, лишь только пыль,
Которая покроет все столетия,
Что станут в скором времени, как быль…
Безмолвная и от того ужасная трагедия.


Намерения.

Во мне нет места для сомнений
И пусть меня осталось так немного,
Мой меч, в зазубринах сражений,
Исхода заслужил совсем иного.

Но каждый резкий взмах меча,
Сближал меня с моей судьбою.
Всегда рубил я лишь с плеча,
И по ночам теперь я вою.

Я вою, словно первородный волк,
Поскольку я преобразился.
Но не возьму никак я в толк,
Как облик мой не исказился?

Я как и прежде внешне человек,
Но я очистился в душе от скверны.
Закован я в природную броню навек
И мои цели, как и прежде неизменны.

В конце пути была моя награда,
Но я избрал совсем иной исход.
Отбился я давно от стада,
Я выбрал путь, я сделал ход.

Всегда я буду непреклонен,
И единение всегда найду с собою вновь.
Быть может дух мой в этом всем виновен,
Быть может он мне вечно будоражил кровь…

Но впрочем, не имеет все это значения,
Ведь больше мне не нужен меч.
Исчезли уж давно мои сомнения,
Давно мне удалось их сжечь.

Как полыхали в древности Помпеи,
Столь жарким был тогда и сердца стук…
Но ведь: «Бессмертными становятся идеи,
Поддерживаемые сотней рук.»

Но как и прежде в них нет места
Всем, даже сказочным мечтам.
Оставьте все попытки своего протеста,
Своим изысканным и потаенным снам.

Ведь в сущности для человека,
Все лишь пустые, однодневные слова.
Нет в сердце их, малейшего отсека,
Чтоб не столкнуться с проявлением их естества.

Но разве есть малейший смысл,
Винить в том человека самого?
Мне в голову приходит мысль,
Ошибка эта точно не его.

Ведь человек, всегда открыт и ясен
Во всяком случае, так думает он сам.
Но сколь бы не казался он прекрасен,
Все приведет это к одним слезам.

Ведь лгать себе и всем вокруг,
Для человечества уже привычка.
И там, где встретишь, скажем слово друг,
То лучше помечать его в «кавычках».

Ведь истинность намерений не в слове,
А в том, что думает ваш оппонент.
И пусть в моем избитом слоге,
Найдется и для вас, ответа компонент…


Путники

Мой разум порождает мысли,
Которые в стихах я излагаю вам.
И если в пустоте они не висли,
То путь искать не будете к садам.

Ведь перед вашим чистым взором,
Не может больше быть преград.
Украдена не будет даже вором,
Бесценность у озвученных баллад.

Слова, что обрели бессмертья форму,
Всегда найдут духовный отклик.
Ведь не подвластны они шторму,
Что принимает человека облик.

Мудрец что не взирает в книги,
Сказал однажды мне: «Постой!
Не отвлекайся ты на миги,
Не верный это для тебя устой.»

Тогда я задал для себя вопрос:
Что для меня осталось правдой?
Все это время я лишь телом рос
И встрече рад был, абсолютно каждой.

Но вот в развитии духовном,
Я как прежде оставался мал.
Погряз в талмуде я условном,
Но, как и прежде ничего не знал.

Испил бы я тогда воды,
Цена которой был бы глаз.
Но у «источника» пруды,
Позволят сделать это и не раз.

Я путник, медленно бредущий,
Сквозь пустоши и древний лес.
И каждый встреченный идущий,
Желает дотянуться до небес.

Мы лишены возможности жить прошлым,
Мы обладаем ценностью в словах…
И оставляем, как и прежде мы возможным,
Найти свой путь, во всех иных мирах.


Поглощенный марком

Ma chérie, отправимся на битву вновь
На этот раз, закат мы не увидим…
Всему виною пролитая нами кровь
И все, что мы с тобою ненавидим.

Но каждый яркий огонек,
Который в одночасье угасает,
Оставит памятный денек,
Который ночью согревает.

И может сложится все так,
Когда наступит мрака воля.
Во мне остался тот простак,
Кому досталась эта доля.

Нести сквозь темноту невзгод,
Остатки солнечного света…
Быть может завершится этот год
И не услышишь ты ответа.

И поглощенный марком ночи,
Не станет больше человеком.
Холодные, пронизывающие очи,
Способны вызвать только в горле ком.

И нет иного смысла, нет иной надежды,
Что поглощенный тьмой, вернется вновь.
Какие не одел бы человек одежды,
Ему не скрыть из раны хлещущую кровь.

Но если в этой ране больше нету сердца,
Оставь надежду всякий, кто желал пощады.
Закрыта, заколочена спасенья дверца
И на пути к ней бесконечные преграды.

Но человечеству любовь важна,
Она всегда питает их надежды…
Когда становится любовь им не нужна,
Они готовы лгать себе, проклятые невежды!

Поэтому лишенный всяких чувств,
Израненный и с пустотою в грудной клетке…
Стал «поглощенный» квинтэссенцией искусств,
С душою, заключенной в маленькой марионетке.


Слова лжеца…

Пока одолевает меня скука,
Решил я выложить вам стих.
От сердца яростного стука,
Пока мой слог еще не стих.

Игрою слов своей я вовлекаю,
В короткую, но сказочную быль.
Надеюсь этим вас я привлекаю,
Надеюсь, что не скоро обращусь я в пыль.

Я не любуюсь современной славой,
Как не пытаюсь вас я обмануть.
Слова успеха кажутся отравой,
Ведь выбрал я нелегкий путь…

Поскольку истинную искренность и дружбу
Нельзя купить за гулкий звон монет.
Платить вы можете за всегда службу,
За истинные ценности, ответом будет – нет.

Пройду я путь свой до конца,
Он несомненно будет долог и опасен.
Но помните, что не слова лжеца,
Расскажут вам, как мир прекрасен!


Феникс

Взлетел над пеплом гордый феникс,
Окутанный теплом языками пламени.
Глаза его теперь черны, как благородный оникс,
А мысли заключаются в пергаменте.

Имен придумали ему не мало:
Он мудрый Тот, он Гамаюн,
Он Арабу, он даже Аэлла.
Но как и прежде остается юн.

Ведь сколько не пройдет столетий
Едва он восстает из пепла вновь,
В ярчайших красках золота соцветий,
В нем закипает молодость и кровь.


Легенды, которым суждено исчезнуть

Я громогласной поступью,
Бежал сквозь пелену ветров.
На небе разлетелись россыпью
Луны и звезд ночной покров.

Гиганты в этом мире не живут,
Но я последний в своем роде.
«- О духи предков, что меня зовут!
Не забирайте меня утром, на восходе!»

Пусть мир жесток и нет мне места,
Как много я уже в него привнес…
И пусть оспорить не могу протеста,
Цивилизации безжалостной колес.

Что словно их автомобили,
Летают быстро тут и там.
За что меня вы все убили?
За что безжалостны так к чудесам?


Счастливый день — каждый день.

Счастливым будет каждый день,
Пусть многим эта истина не ясна.
Огромный дуб отбрасывает тень,
Пока нам солнце светит так прекрасно.

И может быть любой, погода за окном,
Пусть даже дождь стучит в оконце.
Окажется все это страшным сном
Ведь после вновь засветит солнце.

Пока все люди не поймут,
Что каждый день подобен наслаждению.
Не разорвется сдерживающий хомут,
Что каждый раз ведет вас к сожалению.


Обожатель.

Душа в одном лишь человеке,
Способна вечно разум трепетать
И нет лекарства ни в одной аптеке,
Чтобы забыть и думать перестать.

И многие готовы скрыться в мраке,
Чтоб перестать всего на миг,
В прохожем, что ютится в своем фраке,
Встречать тот образ и заветный лик.

Я в этом мире только наблюдатель,
А потому хочу успеть запечатлеть:
Как в мире каждый обожатель,
От чувств своих готов взлететь.


Труд

Труд единственное в человеке,
Что способно мир преобразить.
Пусть усталость отражается на веке,
Никому мои слова не исказить.

Ведь слова мой труд, моя стезя
И добьюсь я в них, однажды совершенства.
Ведь остановить меня уже нельзя,
Раз стою на крае я блаженства.

Потому мои стихи,
Просто говорят, что силу,
Нам приносят не извечные грехи,
А труды, что уподобляются светилу.


Скука

Порой, чтобы развеять скуку человека,
Достаточно сказать лишь пару слов.
Лекарством для души не может быть аптека,
А лишь небес усеянный осколками покров.

И потому надеюсь этот стих,
Подарит теплоту и радость.
Пока запал ваш не утих,
Быть может и немного сладость.

Я думаю, приветствие такого рода,
Изменит взгляд на этот мир.
Не так имеет смысл за окном погода,
Когда в душе играют сотни лир.


Шут, чье имя…

И вот наш шут, играет сцену,
Теперь лишь он один и автор, и творец.
Быть может он придет на смену,
Романтикам и покорителям сердец.

Ведь он собой не так хорош,
Чтоб умиляться своим видом.
Устроит в вашем разуме дебош
И выход даст своим флюидам.

И может быть в его игре,
Откроется вам виденье иное.
Как древний ритуал на алтаре
Уже ярлык имеет свой – былое.

Но если шут, скрывает в себе знанье,
То как искать ключи к его словам?
Ведь он не ищет злата и признания,
Подобен не спокойным на воде кругам.

Как в общем шуме, галдеже,
Услышать истину, что так близка?
Ведь в общем гаме – ты на кураже,
А помыслов твоих порода так низка.

Вот дамочка, стоит что рядом,
Не прикрывая свой огромный рот,
Хохочет со всей силы и плюется ядом,
Ведь шут, идет на ощупь — словно крот.

И в этом общем хаосе, и балагане,
Внезапно я открыл свой взор.
Я в том шуте и интригане,
Услышал громогласный «Легиона» хор.

Ведь в каждом слове его и поступке,
Есть скрытый смысл и подтекст,
И не пойдет он с вами на уступки,
Чтоб объяснить вам свой контекст.


Диалог

— Пришел я к выводу однажды,
Что музыка, игравшая в душе,
Легко так превратиться в жажду…
— Мне остается лишь сказать — туше.

Но в диалоге нет ни капли смысла,
Я соткан из иного рода ощущений.
И вот уж надо мною тень нависла,
«Сколь много тут людей, столь много – мнений…»

Но смысл слушать все иные мнения,
Ведь они словно под копирку?
И если есть у вас еще сомнения,
Берите в руки свою цепь и кирку…


Шут на помосте

Стихи сверкают огоньками,
Которые мне разжигают сердце.
И рифма льется гулкими глотками,
За кою не грешно отдать сестерций.

Но только мне не нужно серебро и злато,
Чтобы дарить стихи и посвящать их вам.
Должно быть только на душе богато,
Все остальное — просто хлам.

И вот обычный шут, что видел бесконечность,
Стоит пред вами и пускает пыль в глаза.
Ведь его робкая беспечность,
Вам в души хитростью своею заползла.

Ведь если быть разумным означает отравиться,
То не скупится будет этот змей на яд.
С небес на землю вам спуститься,
Поможет вам один его лишь взгляд.

Но пишет шут стихи, а не баллады,
Не важен помысел его совсем.
Ведь вам нужны лишь сплетни от эстрады
И потому тот шут, остался нем.

Ему нет больше смысла говорить ни слова,
Ведь все вокруг накрыло пеленой и смрадом.
Но в общем, вам эта история уже и не нова,
Залить все боли и страданья – можно виноградом…

И вот безумный шут, что выбрал путь изгоя,
Отправился искать иных людей сквозь снег.
Он обращался волком на луну порою воя,
Да так скорей всего бы он и слег.

Но вот, ему было даровано виденье,
Что нет людей способных сделать все.
Богам оставить нужно их всех на съедение,
Которые всегда уподобляются лисе.

И лишь тогда обрел он истинную силу,
Зачем людей пытаться изменить?
Он уподобится яркому, могучему светилу,
Чтоб миру красоту лишь приносить.

В его лучах, полных тепла и света,
Горели нечестивцы и вся гниль.
И вот уж не имеет ценности монета,
Былые ценности, отправились в утиль.

Но это все, история безумного и глупого шута,
Который вновь и вновь выходит на помосты.
Он слушает их смех, сравнимый лишь с ударом кнута
И видит вечно, как скребут они свои наросты…


Стихи со смыслом

Стихи со смыслом — для меня отрада,
Но так легко он ускользает в слоге.
Что каждый дельный стих — награда,
Находка, как иголка в сена стоге.

И потому решил я для себя,
Стихи писать, как древний бард.
Одеждами павлиньими рябя,
Не ожидая ни призваний, ни кокард.

С тех пор все потеряли нить,
Того кем был я и кем стал.
Тем временем я продолжаю лить,
Свои стихи в ваш тронный зал.

Настроиться всего лишь миг,
И вот на сцене перед вами.
Под шумный гул и восхищенный крик,
Могу читать стихи свои годами.


Веселье

Веселью место вечно будет,
Лишь только солнца луч,
Лица коснуться не забудет
И с легкостью разгонит стаи туч.

Ведь наслаждаться можно всем,
Когда гармония внутри настала.
Когда не можешь оставаться нем,
И горизонта стало мало.

Мы сами выбираем этот путь,
Каким он будет лишь от нас зависит.
Нас невозможно обмануть,
Легко станцуем даже в присядь.

Ведь только лишь одна улыбка,
Теплом способна одарить все города.
Быть может слог мой скачет прытко,
Но от него не будет вам вреда.


Поэзия и красота

И вновь взываю я к словам,
Чтобы сложились они в строчки.
Быть может посвящу их вам,
А может быть, покрову темной ночки.

Поэзия всегда живет во всех
И всем дарует она наслаждение.
Не благодать это, как и не грех
Всего лишь разума с фантазией творение.

Быть может вам приятно слово,
Что вам ласкает душу через слух.
Но то же дух, спустя мгновение, снова,
Все остается так же нем и глух.

Глух ко всему, что обладает,
Той искренней и неподдельной красотой,
Что в серости так быстро увядает…
Затягивая в тлен и нас с собой.


Сон длиною в жизнь

Быть может сон — вся повседневность.
Что будет пробуждением тогда?
Рассказ чья искренняя задушевность,
Не может правдой быть хоть иногда?

Иль может быть, все красочные сказки,
Что говорил один безумный человек,
Имеют жизнь, но без огласки
И будут правдой через век?

Никто не может знать всей правды,
Особенно когда ее высказывает стих.
А может напевают песни барды,
Пока огарок жизни их не стих.


Наслаждение

— Ты наслаждаешься погодой?
— Я наслаждаюсь всем вокруг.
Ведь это называется свободой
И только так замкнется круг.

Когда нет места всякой злости,
Лишь ощущаешь наслаждение во всем.
Ведь не нужды гадания и кости,
Как и не нужен вам тотем.

Лишь только наслаждение с любовью,
Дарует миру жизнь и яркий цвет.
И я скажу, не поведя и бровью,
Любовь несет нам в мир лишь свет.


Мыслители

Слова, что я избрал,
Ведут извилистою тропкой.
Быть может посещу я тронный зал,
А может окажусь я пред помоста кромкой.

Все времена были опасны,
Для тех кто говорит.
Так иногда слова прекрасны,
Что даже разум, им вторит.

Но губит инноваторов — железо,
Каленное в малейших язычках огня.
И из мельчайшего разреза,
Кровь вытекает, мысли все гоня.

И может быть, творец бы стал великим,
Быть может он коснулся бы небес.
Но вместо этого, все делают его безликим,
Будто виной всему один лишь бес…


Серая холка

Сгораю каждый день я нетерпением,
От встреч возможности с тобой.
И может быть все любят птицы пенье,
Но мне по духу больше волчий вой.

Ведь нету преданнее волка,
Он любит в жизни только раз.
Родные уши, взгляд и холка,
Иных ценнее в сотни раз.

И я готов пройти сквозь лед и пламя,
Чтобы еще раз видеть этот взгляд.
Несу я гордо твое знамя,
Ведь для тебя это наряд.


Солнечные дни

Столь милы сердцу солнечные дни,
Но я люблю и снега вьюги.
Ночного города огни,
И люди, что живут на плуге.

Так много в мире всех людей,
Так много в них величия,
Когда становятся они мудрей
И гнев не вызывает их отличия.

Ведь каждый человек неповторим
И каждый может быть достоин.
И только мы мир сотворим,
Где не возникнет больше войн.


Запретный плод.

Кнутом наказан человек,
Вкусивший запрещенный пряник.
Страдать сколь долго? Год иль век?
И как избавится от паник?

Вопросы, их так много и они сложны,
Ответ вообще быть может недоступен.
Но есть моменты те, которые важны,
Хоть и запретный плод, теперь уж недоступен.

Но может быть наоборот,
Все было не напрасно.
Из слов и мыслей целый грот,
Что любят, только безучастно.

Тогда выходит, что и кнут,
Совсем уже не наказание.
И вот уже в вас не заткнут,
То самое заветное признание.

Нет глубже слова — чем любовь,
И разные, она порою принимает формы.
Любовь всегда так будоражит кровь,
И совершенно не имеет нормы.


Нет рыцарей.

Но вот ушли уж эти времена…
Когда великие сраженья,
Посеяли раздора семена
И изменили прежние сужденья.

Безбожники, лишь ради звона злата,
Прошли мечом, крестом и пламенем…
Но ожидала их в конце иная плата,
С растерзанным и обгоревшем знаменем.

Исчезли рыцари, цари и даже боги,
Нет радости теперь повелевать людьми.
Все стали хлипкими, как недотроги
Или безвольными глазами СМИ

О, говорю вам, нет уж боле,
Великих рыцарей из книг.
Склонились своей ипотечной доле,
Считая, что сей подвиг истинно велик


Огонь.

Наш рыцарь вышел в поле,
Чтоб покорить огня стихию.
Но как известно так он своеволен,
Что извести бы смог миссию.

В порыве праведного гнева,
С молитвой верной на устах,
Бесстрашно он достиг предела
И превратился в серый прах.

Но девушка, чьи волосы из злата,
Коснувшись бережно огня,
Просила у него, простить солдата,
Ведь жить не может без него и дня.

Огонь ответил, что позволит,
Вернуть ее любовь в один лишь миг.
Но только если соизволит,
Ей подчиниться демон, что зовется Криг.

Не существует демона страшнее,
Но девушка прошла все испытания.
Ведь жизнь ее любимого важнее,
Чем все ее ужасные страдания.

Огонь был жарок в предвкушении,
Что обретет безвольного слугу.
А девушка была в сомнении,
Что милого не будет на лугу.

На том лугу все сжег огонь,
Но он же дал начало жизни новой.
Ждал ее рыцарь, облаченный в бронь,
Огонь, которому является основой.

Любовь их, как и прежде была цепкой,
Ничто не в силах было это изменить.
Он обнял ее очень нежно, крепко,
Всю жизнь свою, решил он для нее лишь посвятить.


Сказка

Мною создана эта сказка,
Где могли бы мы вечность жить.
Но сюжет и неряшливая завязка,
Оборвали столь тонкую нить.

Нить реальности, что не сдвинуть с места,
Ни катком и не стадом коней.
Ведь настала полуденная сиеста,
Вместо тысячи ярких ночей.

Но вся суть совершенства сокрыта,
От запачканных грязью людей.
Ведь душа нараспашку открыта,
Лишь сказке, сотканной из ярких огней.

В ней покоится то, что ты ищешь.
В ней покоится тот самый ответ,
Что ты никогда не услышишь,
По прошествии многих лет.

Это ключ и это проклятье.
Видеть в реальности свет
И надеяться на обьятье,
В надежде услышать иной мой ответ.


Два ума

Боролись как-то два ума,
Что были равными с рождения.
Их напряжение — струна,
Оружием служили им суждения.

Сменялись времена и шли года,
Под громкий звон мечей скрещенных.
Сопровождала каждого великая орда,
Безликих и непосвещенных.

Сквозь пальцы утекало время, как вода,
Но будущее было как и прежде без ответа.
Покрывшись толстой коркой льда,
Лишались души постепенно света…

Но стоило всего лишь один раз,
Возникнуть первенству в сражении,
Как тихий и дрожащий глас,
Признался в своем поражении.

И не было пределу ликования,
Ведь есть теперь всего один!
Достигший совершенства и признания,
Великий воин, паладин.

Но времени очередной виток,
Развеял все остатки счастья.
Ведь быстрым знаний был приток,
Пропитанный соревнованием и страстью.

Теперь коварная судьба,
Раскрыла козырные карты.
Что их сраженье, их борьба,
Крушила дружбы все стандарты.


Мрак уступает

Без солнечного света,
Все обратиться в серый прах.
Не ждите мудрого совета,
Вас ждет тогда один лишь крах.

Ведь в мире не бывает человека,
Способного, дать вам прямой ответ.
И даже по прошествии пол века,
Останется бессмысленным такой обет.

Ведь сколь бы нибыли красноречивы,
Разнообразны и изящны все слова.
Мысли скользки, невнятны и противоречивы
И вот вам в книгу, первая глава.

Приходит знание, по окончанию пути.
Извилистость его, всегда пугает.
Но лишь когда вы начинаете идти,
Мрак поглотивший все, вам уступает.


Дом

Нет мест прекраснее на свете,
Чем милый дом в краях родных.
Соседском дружеском привете
И колосистости у зерновых.

А потому, вы не спешите,
Стараться убежать за горизонт.
Вы для себя, хоть раз решите,
В дожди отдать другому зонт.

Ведь доброта меняет место,
В котором вы хотите жить.
И слышать будет очень лестно,
Что кто-то начал вас любить.


Полет мысли…

Игра фантазии искрит,
Свободострастием полета мысли.
Тут встретится и маг, и демон и ифрит,
В кармическом и тривиальном смысле.

Слова владеют волшебством,
Что разжигает ваши страсти.
И близится своим родством,
Интригам, первородной власти.

Ведь в одночасье могут они стать,
Ответом на сложнейшие вопросы.
И вечность, мне не даст соврать,
Что покрывают человечество коросты.

Ведь верят они что слова,
Способны их спасти от бури.
Но хаос видит в них дрова,
Горящие в костре, из фурий.


Рыцарь Хаоса

В глазах его горит Инферно,
В руках, могучий огненный клинок.
Склонятся перед ним, все непременно,
Лишь от прочтения первых строк.

Строк еретических писаний,
Что дали его жизни цель:
По окончанию скитаний,
Стать повелителем земель!

Низвергнет рыцарь хаоса во тьму,
Судьбу — что делает из вас прислугу.
Разрушит вечную и непреступную тюрьму
И тем окажет вам услугу.

Ведь его путь – лишь разрушение.
Которое позволит миру вновь,
Восстановить и приумножить все творения,
Что будоражат вашу кровь.


Ценности

Кругами ходим, год от года
И имя нам — Уроборос.
Едва коснулись запретного плода,
Как пал, могучий наш Коллосс.

Мы пали ниц, из ангельских угодий,
На пастбище безумных королей.
Боимся мы увидеть взгляд их строгий,
Не понимая своих целей и ролей.

Но разорвать круги сомнений,
Не в силах нынче человек.
Сколь много ни было бы мнений,
Но «золотым», не назовешь ты этот век.

Лишь отказавшись от иного мнения,
Освободитесь от оков…
Забудьте цену своего имения,
Не прячьтесь, за разнообразием шелков.

Ведь любят искренне, не из-за злата,
Нет дела никому до ваших сумм.
Полюбят вас, когда душа крылата?
Полюбят вас, за яркий ум.


Утренний расвет

Люблю встречать я утренний рассвет
И отблески луны в вечерних лужах.
Прекрасен весь наш белый свет
И в солнечных лучах, и в зимних стужах.

Не каждому, дано понять
Но каждый в состоянии прислушаться.
К вселенной нужно отношение менять,
Должны ее ценить, любить и слушаться.

«Проблема не падёт на век,
Что жизнью мне отмерян.»
Суждение это, произносит человек
И он, уже для нас потерян.


Игра изящных слов

Игра изящных слов,
Окутывает разум пеленою.
Найти ему убежище и кров,
Становится унылою тоскою.

Ведь сложно отыскать отныне,
Чистые помыслы людской души.
И как в безжизненной пустыне,
Бредешь один, в ночной тиши.

Наш верный спутник — одиночество,
Но не сворачиваем мы с пути.
Каким бы ни было пророчество,
Продолжим мы вперед идти.


Клинок

Сегодня слово – мой клинок,
Которым буду я разить мгновенно.
Увидеть не успеете бросок,
И он достигнет цели, непременно.

Готов вступить я в этот бой,
Без страха перед мраком ночи.
Путь этот, сделал я своей судьбой
И потому, не затуманить мои очи.

Иду вперед, на встречу ветру,
В душе играют удаль и азарт.
День, равен пройденному метру,
Без направлений и без карт.


Единение

Взаимосвязь из мыслей и суждений
Имеет крепость благородных вин.
Но не смотря на сотни мнений,
Исход, всегда будет один.

Пути расходятся однажды
И не смотря на общий путь,
Нельзя избавится от жажды
Забросить все иль все вернуть.

Развеять слабости минуты,
Быть может просто вдохновить.
Сорвать окутавшие путы
Или поддержку ощутить.

Способен только духом близкий
И не всегда при этом человек.
Ему не важен ваш достаток низкий,
Он будет предан вам вовек.

И даже если встречи редки,
То память будет сердце греть.
Ведь все такие памятные слепки,
Приятно на душе иметь.


Вдохновение

Нет ничего надуманнее вдохновения,
Которое мешает якобы творить.
Отбросьте прочь свои сомнения,
Ничто не помешает вам любить.

Своё искусство, жизнь и мысли,
Которые могли бы обратить,
В кармическом и скрытом смысле
Бессмысленную, лживую прыть.

Любовь единственное чувство,
Способное, все в этом мире изменить.
Она душа всего искусства
И лишь ему нужно внемлить.


Кузница искусства

Прекрасен свет творения,
Ведь вложена в него душа.
И строки данного стихотворения,
Расскажут все вам, не спеша.

Нет смысла торопиться,
Вкус жизни, нужно смаковать.
Вам по ночам от вдохновения не спится?
Начните творчество свое ковать.

Мы кузнецы и подмастерья,
Которые трудятся над собой.
Шаманский дым окутывает перья,
Cкрепляя договор с судьбой.

Теперь, вам дан один лишь путь,
Всегда стремиться к совершенству.
С него нельзя сойти или свернуть,
Ведь он в итоге приведёт к блаженству.

Отриньте ценности, окутанные ложью
Вам жизнь, не для того была дана.
Слова пусть раздаются горной дрожью,
А каждая улыбка будет искренна.


Изысканность слога

Птица порхнула в окно.
Столько свободы в маленьких крыльях…
Событие это меня завлекло,
Взлетела мыслей эскадрилья.

Писать стихи — теперь удел изгоев,
Который с радостью я приму.
Буду засыпать под шум прибоев,
Укутываясь в прохладную тьму.

Уходит в быль, прекрасное умение,
Но я его без боя, не отдам.
Мои стихи — мое знамение,
Непоколебимое и не подвластное годам.

Как взращивают молодое поколение,
Так я и буду наполнять ваш мир.
Стихи уже давно не развлечение,
Пусть вас не вводит в заблуждение Сатир.

Обзавестись изысканностью слога,
Обязан каждый человек.
Ведь это не судьба и не подарок бога,
Заполнили такое множество библиотек.


Свет внутри

Покрыта нынче пеленою мрака,
История сражений, разумов великих.
Мы ищем на обломках – знака,
Чтоб не идти в толпе безликих.

Столь притягательны, коварны,
Изыски знаний, скрытые внутри.
Мы искренне должны быть благодарны,
Всем книгам, встреченным нам на пути.

Вот наступает мрак и ночь…
Не слушая, столь мудрого совета,
Мы каждый раз уходим прочь,
Так и не постигнув сути света.

Наш свет внутри — невероятен,
Лишь с ним, способны мы творить.
Отмыться нужно нам от «грязных» пятен,
Чтобы ответы на вопросы находить.


Зоря

Беспрепятственный полёт воображения,
Завораживает чистой красотой.
Исходя из этого соображения,
Жизнь всегда будет простой.

Нет отныне сожалений,
Ведь прекрасен мир вокруг.
Столько в нем хитросплетений,
Что не хватит тысяч рук.

Чтоб распутать узелочки
И сказать, что все было не зря.
Вы забудете все сложности и кочки,
Лишь едва покажется зоря.


Горизонты

Глаз обманчив, во всех проявлениях,
Безуспешны телескопы и очки.
Мы погрязли в глупых суждениях
И от сознания остались клочки.

Нет преград, нет горизонтов,
Все ограничения создаются головой.
Полна она изысканных пороков
Покрытых словно пеплом злой молвой.

Никто не хочет освещать,
Стремятся научить, как ничего не видеть.
Готовы день и ночь они вещать,
Как нужно люто ненавидеть.

Открыв свой взор,
Вы больше не пойдете слепо.
Любые отговорки — теперь вздор,
Беспомощность – звучит отныне вам нелепо.


Любовь пульсирует в виске

Твое желание утопать ногами в песке?
А я и так уж утопаю в твоем взгляде.
Волной пульсирует в виске
И рифмой отражается в балладе.

Каскад из нежных чувств,
Людьми именуемый любовью,
Все совершенство всех искусств,
Я не могу сравнить с тобою.

Не хватит слов и в этот раз,
Не хватит книг и томов,
Чтобы поверить в мой рассказ,
Прикрытый чередою жутких громов.

Ведь наслаждаюсь каждым мгновением:
Касание твое рождает во мне взрыв,
Который заменяется умиротворением.
Ведь без тебя, я вижу лишь обрыв…


Ночь

Пусть звезды скрывает безмерная даль,
Смогу всегда я прикоснуться к чуду.
Моя дождливая, вечерня печаль,
Распространится, как чума повсюду.

Ведь в ней скрывается мое искусство,
Которое способно в миг,
Вложить к вам в сердце чувство
Манящих и изысканных интриг.

Которые вас увлекут так скоро,
В запутанный и яркий мир,
Который для меня по прежнему опора,
Воспетая игрою множеств лир.

Ведь нету в мире больше счастья,
Чем вдохновение в объятиях ночи.
Пусть кандалами прикуют запястья,
Пока не догорит огарок, от свечи.


Взор

Нет в мире черного и белого,
Как нет и информации плохой.
Достаточно лишь взгляда беглого,
Чтобы понять, что человек слепой.

Глаза несут в себе обман
И нет улыбок от многообразия,
Когда скрывает все туман,
Глубокого, старинного пристрастия.

Лишь отказавшись от былого
И обретя свой новый путь,
Дождетесь вы известия благого,
А с ним, возможность в будущее заглянуть.


«Всходы»

Время ускользает между пальцев,
Ты опять покинула меня.
Я как тысячи скитальцев,
В поисках духовного огня.

Я приду к тебе на встречу,
И ничто не сможет помешать
Я всегда тебе на зов отвечу,
Тебе нужно лишь об этом пожелать.

Не могу держать я чувства,
Они рвутся словно скакуны.
Для меня ты как искусство,
Словно нежный свет луны.

Лишь бы знать, что все взаимно,
Что с тобой мы не чужие.
Что душе твоей интимно,
Что наплевать теб, что думают иные…

Все метается внутри,
Все срывает покровы,
Я любуюсь красою зари,
Для меня она, как оковы.

Ты подарила мне свободу,
Теперь моя душа полна любви.
И ты видишь эти «всходы»,
Скоро буду рядом, визави.


Путь

Достичь желанной цели,
Возможно лишь одним путем.
Чтоб мысли без сомнения летели
И били яростным ключом.

Ведь только зная, как открыть,
Сокрытую от взора дверцу,
Появится возможность смело плыть,
К любому человеческому сердцу.

Ведь собраны за нею,
Что было прежде, иль могло.
Я от одной лишь мысли леденею,
Что даже это мне не помогло.

Ведь цель моя имеет важность,
С которой очень трудно совладать,
Но проявить готов я всю отважность,
Чтоб мог я этой целью обладать.

А потому хочу я дать надежду,
Что обучить смогу других,
Что я смогу прогнать внутри невежду,
Лишь из намерений благих.

Ведь не могу я тратить время
И может этим изменю судьбу.
Пусть будет это мое бремя,
Пусть слышат все, мою мольбу.

Ведь я найду свою возможность,
Как совершенство обрести
И верю, что лишь осторожность,
Поможет мне на выбранном пути.


Свет разума

Нет ничего ценнее разума,
Лишь он дарует нам свет.
Он частью является ультиматума
И он же, единственный в мире ответ.

Ответ на глубокий вопрос,
Которой уже никому не задать.
Он тайной великой порос,
Что даже не осознать:

Сколько времени прошло с тех пор,
Как появился целый необъятный мир?
Что сей вопрос для всех, уже как вздор,
Воспетый музыкой из сотен лир.

И все же рассказать о всякой тайне,
Пропитанною ложью сквозь века,
Способен разум чистый и бескрайний,
Как бурная и быстрая река.

Но ультиматум тоже близок,
Ведь если с разумом не быть в ладах,
Иль интеллект ваш будет низок,
Вы потеряетесь в годах.

Как все ненужные предметы,
Как этот ваш любимый быт,
Как все нелепые приметы,
Как кто-то жутко знаменит.

Так будьте приметны и ярки,
Вдохновляя других людей.
Не пестротой одеяний и качеством марки,
А тем, что стали вы немножко мудрей.


Друг

Так сложно в мире встретить друга,
Куда уж проще – потерять.
Как начинается в душе метель и вьюга,
Так начинает, милый друг страдать.

Для дружбы, кажется не много надо
И потому, так часто причиняем боль.
Ведь выстояв подобное – тебя не ждет награда,
Прими это как данное, изволь.

Я не могу позволить себе вьюги.
Ведь те, кого я в этой жизни встретил,
Близки — отнюдь не за услуги,
А лишь за то, что разум чист и светел.

Друзья мои, коих не так уж много,
Хочу я вас благодарить,
Вы придаете значимость и яркость слога
И можете, всегда на подвиг меня вдохновить.

Всегда я буду видеть вас, как равных,
Ведь выбрали мы с вами один путь.
Из переходов тьмы и света плавных,
В которые достаточно единожды шагнуть.

Чтобы понять, как мир изящен, чист и светел.
Чтобы понять, как защитить его от грязных рук,
Готовых тут же нацепить на шеи – петли.
Помочь мне в этом, можешь только ты – мой друг.


Человек

Напор страстей, бьет в венах, вновь и вновь,
На поле брани между тьмой и светом…
Рекой с холма стекает кровь
И вот начну я с этого куплета:

Когда-то обладал ты всем,
Свободой мысли и холста простором,
Но ты прикрылся множеством проблем
И стал глядеть на все туманным взором…

Не сможешь видеть больше чистый свет,
Который дал тебе те жизненный краски.
Ты обесцветил пустотою лет
Горячие и солнечные ласки.

Ты стал таким как все,
Покрылся язвами обид и злобы…
Погряз в унынии, в тоске,
Не чувствуешь теперь в движениях свободы.

Так может, стоит вспомнить вновь?
Ту гамму чувств, то вдохновение,
Когда в тебе живет, играет кровь,
Когда не властны над тобой сомнения…

Каждый из нас, маленький бог.
Творить свою вселенную мы тоже можем,
Но нужно удержать тот ритм, тот стиль, тот слог.
Не сдаться по пути, не бросить вожжи…

Вот истинная сила воли!
Так будем же стремиться каждый век
Переступать обиду, злость и боли
И говорить по праву! — Человек!


«Чернила»

Еще один кусок души распался водопадом словоформ,
Фонтаны брызг со страстью, в электронном мире.
Умалишенного пайковый корм,
Не сомневайтесь больше в полнолуния силе…

Я говорю обрывком резких строк,
Души не чаю в каждом сопряжении…
Мактуб, Судьба, мой горький Рок,
Сражаются с твоею силой притяжения.

Я знаю, в этой схватке им не победить,
Как не разрушить им и наши чувства.
Согласен вечно в темноте бродить
За тень чернила, твоего искусства…


Улетают журавли…

Хоть слова и не мои
Соглашусь я с ними сразу,
Надоели вечные бои…
И земля что держит ту заразу.

Надоели злоба изнутри,
Показное безразличье
Улетают журавли…
Не меняем мы обличья…

Гордо говорим мы вновь
— Повелители, цари и боги…
А земля лишь видит кровь,
Да детей босые ноги.


Прекрасный лик

Я не могу покинуть и на миг,
Столь совершенное видение.
Как я увидел твой прекрасный лик,
И как впервые ощутил смятенье.

Скрываю я в интригах и словах
Что нету ничего важнее в мире,
Чем понимание в твоих глазах.
Веселое и утонченное, сродни сатире.

Готов дарить тебе свои слова,
Которые идут сквозь время.
Пусть кругом ходит голова,
У чувств, всегда такое бремя.

Я как всегда, так много говорю,
Но совершенно не могу иначе.
От радости общения с тобой горю,
От этого, наш мир становится богаче.


Наперекор судьбе

Однажды встретившись с судьбою,
Запомнишь навсегда тот миг…
Как заберешь ее с собою,
На каменный и не преступный пик.

На пике том, в последний раз!
Толкнешь ее в бездонную и сумрачную пасть.
При помощи огня и старых фраз,
Ты ей покажешь свою власть!И лишь тогда…

Лишь в то мгновенье…
Пройдя пол века по лихой тропе…
Увидишь ты свое предназначение…
Ведь ты теперь — идешь наперекор судьбе!


Друг?

Люблю тебя, как друга я, не боле
И все готов простить тебе порой,
Выкручиваю руки я, себе до боли,
Чтоб насладиться близостью с тобой…

И хоть подарком, не был я ни разу,
Надеюсь, смог я подарить тот миг,
Когда твою, любую фразу,
Любил я, словно, бога лик!


Пир у смерти

Когда проливной дождь бьёт в окно,
Когда становится невыносимым этот мир,
Надоедает видеть это дно,
И я ушел от всех, на мертвых пир…

На том пиру, я видел смерть
И я спросил ее тогда…
— Краса ночи, разрушишь твердь,
Не знаний моего ума?- Скажи, смогу ли я?

Вернуть, что ты тогда забрала?
Я встречу, сумрак солнечного дня
И перед битвой опущу своё забрало…
— Ты сможешь. Был таков ответ

— Но помни, опустив забрало…
Взорвется, станет против, белый свет.
Ведь до тебя, такого не бывало.

— Пусть будет эта битва — я готов.
Я для нее поставлю всех их на колени…
Отныне, буду я суров,
И стану властелином тени!

— Ну, чтож, ты выбрал этот путь
Желаю я на нём тебе удачи.
Познай скорее жизни суть
И ты решишь свои задачи…


Общество

Небо есть, на нем есть звезды.
Стаей проплывают облака
Проливают редко они слезы
Чтобы билась горная река…

Люди ходят по дорогам…
Убегая от судьбы,
Бьются лбом на всех порогах,
В поисках глотка воды.


Новый год

Новым годом вдохновленный,
Елок запахом и пихт…
Чистым, ярким, окрыленным
Получился этот стих.

Дед мороз спешит на санях,
Чтоб явиться в эту ночь,
Ярким золотом в бокальных гранях,
Прогоняя все печали прочь!


Монахи

Шелкам подобная пустыня,
Отчаявшийся караван в пути,
Не тронутая временем святыня,
Теперь их больше не найти…

У нас шмотье, реклама, кризис,
Ни капли мысли в голове.
В Египте древний бог Асирис,
Всегда помочь готов тебе.

Куда не плюнь, сплошные боги
И все помогут лишь тогда,
Когда озвучишь мантры-слоги
И в миг исчезнет у тебя беда…

Повсюду боль, отчаянье и страхи
Все бьются об пол, от молитв
Проходят сдержанно монахи,
Как коршуны летят, над полем битв.


Воспоминания

Ручка горит огнем,
Полыхает всюду страсть.
Произошло все этим днем
Упиваюсь этим жаром в сласть.

Стук сердец, все горит огнем…
То что можно сгореть,
Мы в расчет не берем
Остается лишь ждать и смотреть

Как плывут облака,
Как сверкает солнце,
Как твоя рука,
На песке рисует сердце.

Все готов отдать, я за миг…
Лишь бы вновь видеть те очи.
Раздирает душу крик,
Воспоминаний той ночи.


Мать земля

Боль, отчаянье, кровь…
Что ты видела кроме них?
Каждый день повторяется вновь,
Ведь огонь до сих пор не стих.

Ты щедра, ты само вдохновение.
Жаль не многим дано это знать…
Ведь нельзя получить от тебя прощение,
Если даже будут громко орать…


«Дракон»

Вскормленный грудью матери дракон,
Однажды обретает силу.
Как разбивается флакон,
Так и дракон явится миру.

И будет долог этот путь,
Путь разрушения и боли …
А сердце накаляется, как ртуть
Избыточностью силы воли.

Ничто не может их остановить,
Как не возможно и другое…
Нельзя заставить их любить,
И потому — они изгои.

Дракон, Дракон, Дракоооон.
Приди скорее в это мир!
Ты должен указать на свой закон
Устраивая вновь и вновь кровавый пир.

И вот, Он взмывает в высь,
Размахивая мощными крыльями,
Как гонится за добычей рысь,
Как лица людей покрываются чирьями.

Все повторится, вновь и вновь,
А нужно лишь дождаться пробуждения.
И снова будет будоражить кровь,
Его мудрейшие суждения.

Пуская возникнет тьма врагов,
Он всех поставит пред собою на колени.
Под музыку гудения «рогов»
Начнется битва света с тенью.

И пусть коротким будет этот бой.
Зато поймут три поколения,
Услышав рев и жуткий вой,
Необходимость преклонить колени.


Воин

Один лежит, у поля, воин,
Еще не знает, что ушла река…
Река отчаянья и боли
И только память — на века!

Сменяет ураган событий,
Счастливую, простую быль.
И сотни, сотни разных нитей,
Сплетаются в безмолвный штиль…


Взросление

Судьба всегда перетасовывает карты
И непонятным кажется наш путь.
Все начинается со школьной парты,
Все накаляется как ртуть…

И не поверишь ты однажды,
В счастливую и радостную быль.
Когда все помыслы чисты и важны
И чувства не покрыла пыль…


«Волк одиночка»

Мне скучно в этом бренном мире!
Не мой он! Это даже точно…
В таверне, должен утопать я в пиве.
Стоя как прежде на ногах — уверенно и прочно!

Все нынче можно, волку-одиночке.
Плевать! На эту стаю волчью!
Лишь для луны… Для серой дочки…
Искать, кусочек жаркой жизни, темной ночью!

В тени листвы, игрою света с тьмою,
Горят они… Глаза-огни…
Не слышное дыханье, словно шум прибоя…
Прыжок! Укус! И снова, запах свежей крови…

Все для нее, красы далекой…
Любую жертву я готов внести.
Чтобы увидеть ночью кроткой,
Сверкание её скользящего пути.


Брошенное дитя

Оклеветанный молвою,
Бьет, из уст его на миг,
Необузданный и злой.
Небывалый детский крик…

Он к судьбе идёт один на встречу
Избирая тонко шаг,
И чистейшей, светлой речью
Пробивает толстый мрак.


Брильянты на ковре ночи…

Огни, танцоры жгучей страсти,
Спешат они в неведомую ночь.
Им непонятны ненависть и жажда власти,
Они сомненья гонят прочь.

И вот горят мосты,
И в переулках тоже ярко,
Лишь видно в вышине персты…
Становиться всего секундой жарко…

Там в вышине, где нету места человеку,
Сплетается узор небесных звезд…
Подвластно все сегодняшнему веку
Где процветает мир из грез.

Но не подвластны, до сих пор хитросплетенья…
Им все равно, ты громко не кричи!
Манят, играют, так же страстны
Брильянты на ковре ночи.


Говорил друг? Как же был я глуп…

А мне с тобою было так хорошо,
И не нужна, вся эта псевдо любовь.
Давай останемся только мы вдвоем,
Хочу этот быт и мытье тарелок с порошком.

Я за улыбку твою все отдам,
Пройду сквозь бури снега и дождь…
Я душу дьяволу, точно продам,
Чтобы испытывать вновь эту дрожь.

Ее испытываю каждый раз,
Как поправляешь волосы ты рукой
И как смеешься с моих глупых фраз.
Слова любви для тебя будут литься рекой…

Не знаю, как же я был раньше настолько глуп,
Смотрел прозрачно и словно вскользь.
Я говорил тебе только «друг»
И не хочу больше быть с тобою врозь.

А потому я скажу это только тебе…
В первые, без всяких масок и поддельных личин…
Хочу с тобою быть, говорю я судьбе!
Я не хочу находить больше глупых причин…


9 мая

Опять огонь, по всюду ночь,
И начинается танец тени.
Мелькают фигуры, по всюду кровь,
Монстры вошли уж в сени…

Был долог этот путь,
В потемках мракобесия.
Раскаляется по котлам ртуть
И раскрываются врата поднебесья

А там уж смогут рассудить,
Насколько был ты чист и светел.
Не сможешь больше по земле родной бродить,
Ведь твое тело, обратилось в серый пепел…

И пусть пройдут века,
Но только в нашем сердце будет пламя.
За то, как наполнялась кровью не одна река,
За то как на Рейхстаге красовалось наше Знамя.

Вы успешно подписались.

Произошла ошибка, попробуйте еще раз позже.

IncubusWithLove will use the information you provide on this form to be in touch with you and to provide updates and marketing.