IncubusWithLove » Метка: Мистика | IncubusWithLove

IncubusWithLove

Автор современных стихотворений и историй

Метка: Мистика

Хотите историю в неизвестных мирах, окутанных мистикой и в то же время ниточками реализма. Тогда вам в эту категорию. Тут будут собраны все самые мистические и таинственные истории автора IncubusWithLove, в которых вы сможете найти нечто интересное для себя. Разумеется эти истории, как и все истории автора IncubusWithlove — совокупность разных жанров, тем, идей, всех если и может быть. Поэтому просто попробуйте прочесть хотя бы одну из них и возможно, вы найдете в них не только развлечение, но и смысл.

В ритме шизофрении

Пост опубликован: 31 декабря, 2020. Автор: IncubusWithLove
Рубрики: Мрачные истории
Метка: , , ,

Мне тяжело говорить об этом, но со мной приключилась страшная история. Вообще я работаю в психиатрической лечебницу №4 имени Вулько. Такая тяжелая профессия психотерапевт… По роду деятельности приходится слышать и видеть многие рассказы от пациентов. Временами жутко если честно, но моя история расскажет вам об ужасе с которым я столкнулся. Впрочем, давайте обо всем по порядку.

Каждый день смотришь в серьезные, веселые, нервные… В общем разные глаза. Кто-то уверенно и серьезно утверждает, что он Наполеон. Кто-то просто истерически смеется. А бывают и те чей отсутствующий взгляд, практически не выдает сокрытых проблем в голове этого человека. Однако внутри сознания такого человека, происходят совершенно иные события, которые никак не связанны с реальным миром. Так может длится пол года или даже годы. Но всегда в какой-то момент, скажем в светской беседе, такой человек может накинуться на вас и вгрызётся вам в горло. Я видел многое… И я считал, что мне уже просто нечего боятся. После увиденного мною день ото дня, даже фильмы ужасов простая комедия. Однако в этот раз, все оказалось совершенно наоборот. Ведь на этот раз, в три часа ночи, у меня дома, раздался телефонный звонок.

— Ратик, здорова. Это я Колян. Слушай прости, что беспокою, просто тут привезли твой «профиль»… Мы не можем ничего понять и поставить хоть какой-то диагноз. Она молчит и ее всю трясет, я не говорю уже про рыдания. Полиция ничего, толком не рассказала. Всучили нам ее и сказали, дело будет передано лично тебе. Маша, ну помнишь? Викина подружка? У нас в приемной сидит, решила покормить ее, чтобы мы могли узнать у нее хоть что-то. Наделала ей бутербродов, тарелку макарон с котлетой из столовой принесла. Да что там даже чай налила. Та к еде не притронулась, тогда Маша подсела к ней и начала уговаривать поесть. Она пыталась с ней поговорить, но там произошло, что-то странное… Девченка, забормотала что-то непонятное и пока мы все отвлеклись, она быстро схватила вилку с подноса и воткнула Маше в ногу. Сама на вид хрупкая, а силы ей не занимать. Ее еле удержал подбежавший на шум санитар, пока мы пытались ей вколоть успокоительное. А насколько санитары крепкие мужики я думаю тебе не надо рассказывать? В общем Машку перевязали, упокоили и отправили домой на больничный. Я бы не звонил, но сам понимаешь надо выяснить хоть что-нибудь, а то потом замучаемся отчеты писать.

— Да, вот это ты «порадовал» меня. Ладно, я сейчас собираюсь и выхожу, пришли машинку за мной.

— Конечно, уже выехали, ждем тебя!

— Ага

Я тяжело вздохнул. Ну какого черта? Что за безумная работа, не дадут поспать нормально. Хорошо еще Коля в самом деле, отправил машину, до того, как позвонил мне. Молодые ребята, уже подъехали и курили на улице. Я насколько это было возможно, в спешке одевался. Вышел из дома, запер дверь на ключ, поздоровался с ребятами и мы сели в машину.

Когда я зашел в палату и увидел свою «Клиентку». Девушка, довольно молодо выглядевшая, «упакована» в смирительную рубашку. Она смотрела на меня спокойно и не принужденно, будто бы час назад не она воткнула вилку в ногу человеку.

— Проходите, садитесь, я вас давно жду доктор.

Это были ее первые слова, как я зашел. Я прошел и присел на табурет, который был в небольшом отдалении от кровати. В ее взгляде не было ничего опасного на первый взгляд, но я уже давно перестал доверять одному лишь зрению.

— Здравствуйте, меня зовут Ратмир Викторович, я…

— Простите, что перебиваю. Но пока мне будет достаточно вашего имени и вообще, можно я буду называть вас, Ратиком? Как ваши друзья. Мне будет так легче вести с вами диалог.

— Откуда вы узнали, что друзья так называют меня?.

— Никакой магии. Просто меня «скручивали», а ваш друг в этот момент говорил. Только и всего.

Ее улыбка была располагающей. Речь была довольно веселой и я бы даже сказал задорной в каком-то смысле. Но все было слишком уж хорошо.

— Ах вот как? Ну хорошо, можете меня так…

— Еще раз перебью. И какая же я все таки сегодня неучтивая сегодня… Но тому есть логичное объяснения, я здорова и меня силой пытаются тут удрежать.

— Хорошо. Мы можем начинать?

— Начинайте док.

— Представьтесь пожалуйста.

Меня зовут Лили. Не обращайте внимания на странное имя. Я просто родилась в  творческой семье, папа художник, мама скульптор — а я простая девочка, которую все обижают.

— Пока я слышал другое. Машенька отнеслась к вам со всей душой… А вы ее вилкой в ногу, нехорошо.

— Это она отнеслась ко мне нормально? Вы похоже не замечаете, что тут происходит? Ваши подчиненные издевались надо мной. Эта «Машенька», тварь редкостная! Ничего хорошего она мне на «подносике» не приносила. Она кинула мне это в ноги и сказала — «Жри». Ну я ее естественно послала. Она сказала, если я не буду есть — она отдаст меня санитарам и они покажут мне что значит подчиняться. Я взяла вилку и со слезливым лицом, стала делать вид, что тянусь вилкой к еде. Но у меня план был другой и он исполнился в полной мере. Я воткнула ей вилку в ногу и совершенно не раскаиваюсь.

— Хорошо, допустим я в это верю…

— Вы обязаны мне верить!

— Эээ, но я не…

— Не тупите доктор. У вас под носом, что-то странное творят. Мне кажется, тут много людей здоровых и ваши подчиненные их делают больными. Мне пригрозили, что если я начну рассказывать не по их сценарию… Мне несдобровать. Так что вы обязаны мне поверить, так как вы моя последняя надежда! Иначе меня и правда чем-нибудь обколят.

— Так, хорошо, объясните мне, как вы вообще сюда попали? К нам нормальных людей не доставляют.

— А все просто, я журналист. Хотела провести расследование и вывести вас на чистую воду. Но по всей видимости, как раз вы и не виновны. Я начала задавать не те вопросы и явно не тем людям. А дальше вы и сами знаете.

— Допустим все было и так, но вы пришли сюда не сами.

— Как это?

На ее лице было довольно искреннее удивление. Может она и в правду чересчур наивна… хотя нет, что за чушь я несу? Она явно провоцирует меня, но ведь и серьезных расстройств не видно. Хм, довольно нетипичная ситуация. Мне говорили ее, привели полицейские.

— Вас привели полицейские и задержали за какое-то преступление. Я еще не знаю всех деталей, дело должны вот-вот принести.

— Какие полицейские?

У нее было удивленное лицо или она очень искусно притворяется. Весьма талантливо надо признать. Хотя настолько хорошо играть… Да нет же. Ну не может быть такого, что люди которых я знаю много лет, вели себя подобным образом. Это все сказывается резкое пробуждение среди ночи.

— Поймите, мне ничего не стоит, позвонить и узнать по каким причинам вас доставили сюда.

— Тогда проверяйте, меня никто не приводил и скорее всего таким образом вы возможно начнете мне верить.

— Так я пошел звонить.

Я вышел за дверь. Подошел к телефону, он висел недалеко по коридору и набрал до боли знакомый мне номер полицейского участка.

— Алло, здравствуйте это вас врач психиатрической  лечебницы №4 имени Вулько беспокоит.

— Да, я вас узнал, здравствуйте Ратмир Викторович.

— Что там, у вас произошло? Ко мне доставили девушку, сказали что вы ее доставили к нам. Что она натворила?

— А, вы про этого монстра? Не будьте доверчивы к ней док, она хладнокровно убила свою семью. Мы скользили по полу залитому кровью, а она при этом спокойненько хохотала в углу. Я сначала подумал наркоманка она, зрение у нее было расфокусировано и вела себя как-то неадекватно. Я уже было подумал обычная бытовуха и главное действующее лицо, наша «наркоша» бежать не собиралась. Вдруг, она что-то забормотала и начала тыкать пальцем в нашего новенького сержанта. Ощущение складывалось, будто она его проклинала. Мы все отвлеклись на сержанта, а она в этот же момент прыгнула на одного из понятых. Эта девка, сильно порвала ему горло зубами. Благо артерию не зацепила. Вроде хилая и мелкая на вид, а на самом деле сильная. Мы ее едва оттащили, а мужика того увезли на скорой. Мне теперь еще и за пострадавшего отвечать… Но я что-то увлекся. Мы прислали вам копию дела, в приемной сказали, что вам должны были положить их на стол.

— Боже мой. Это ужасно…

— Да, док. Я бы ее с привязи не спускал, а главное не обманывался на ее миловидность. Это ж надо же… Всю семью, родителей и даже маленькую сестричку…

— Спасибо за информацию, я вас понял.

Я положил, трубку. Черт, ну почему, почему в три часа ночи? За что я это заслужил, за какие грехи? Я зашел к себе в кабинет, взял со стола копию дела, затем вернулся в палату. Надо брать ситуацию под контроль и попробовать оперировать фактами. Ей либо придется признать очевидное, либо я смогу снять ее «защитный слой».

— Ну наконец, я уже думала вы никогда не вернетесь. Знаете как страшно находиться тут связанной и беспомощной? Особенно когда тут могут шнырять ваши маньяки подчиненные.

— Хватит! Давайте серьезно говорить. Вы поломали комедию, попытались убедить меня, но не вышло. Не стоит забывать, что в нашем мире никому нельзя верить. Никому кроме фактов. А факт в том, что у мне уже переслали копию вашего дела. Вы убили всю свою семью. Безжалостно и очень жестоко. Я ведь в любом случае найду ответы на свои вопросы. От меня требуется лишь определить, что явилось причиной твоего поведения. Психическое повреждение или же вами двигало осознанное желание убить своих близких.

— Копия дела? Убила свою семью? Вы что все таки один из них? Нет, не может быть. При вас они скрывали свои истинные намерения. Но я понятия не имею о чем вы? Я ведь сирота и всю свою жизнь провела в приюте.

— Так, то есть вы не понимаете о чем речь? Ладно давайтк посмотрим фотографии? Ну как? Освежилась память?

— Я не знаю этих, людей. В первый раз вижу…

— Ну конечно давайте ломать комедию дальше. Вот есть кстати снимок где, вы сидите в углу, в этой же комнате. Теперь по-прежнему не понимаете про что я говорю?

— Это какой-то монтаж, подделка!

— Нет, это обычно называется раздвоение личности. Ответьте мне на вопрос, вы помните свое детство, как росла, как ходила в школу?

Она напряглась, я видел, как у нее в голове бегают мысли. С каждым закрытием глаз, она становилась все напряженнее. Пока у нее не начался приступ. Я позвал санитаров и ей сделали укол, но она не успокаивалась. Спустя какое-то время, ей стало значительно лучше. Но заговорила она уже очень странно.

— Жалкое ничтожество! Как ты смеешь меня беспокоить, такой ерундой? Я помню все, все с момента создания этого мира!

— Ммм, вот и альтер-эго.

— Хахахаха, ты глупец! Как смеешь ты меня называть частью, когда я больше чем целое!

— Это не важно, для меня важно избавится от тебя и вернуть здравый рассудок этой девушке.

— Приглянулась девочка? Хороша ведь правда? О дивные 18 лет… Тот самый возраст, когда открываются сокрытые ранее возможности. Или постой, тебе нравиться ее непорочность? Она ведь выделяется среди всех остальных не так ли? Но она моя! И только моя!

От ее взгляда мне стало не по себе. В какой-то момент зрачок расширился и занял почти весь глаз. От нее веяло жаром, так что меня быстро бросило в пот. Она улыбнулась так, что меня чуть не вырвало. Ее лицо искажалось то гримасой боли, то крайне жуткой улыбкой. Ее метало и корежило в смирительной рубашке. Я испугался, что она все же сможет вырваться из нее и мне стало совсем не по себе.

— Ты мне нужен! Из тебя выйдет отличный слуга. Ты мне точно сможешь быть полезен, но для начала выпусти меня. Ведь если ты не выпустишь меня и не уйдешь из этого города со мной, я залью его улицы кровью.

— Ну к чему эти пустые угрозы? Кстати может скажешь как тебя зовут?

— Тебе рано знать моё имя смертный.

— Лили, я обращаюсь к тебе, борись за контроль над своим сознанием. А ты, не говори глупости. Ты связанна и лежишь в психиатрической больнице. Приступы гнева конечно у тебя весьма сильные, но с этим мы справимся. Мы обязательно сможем вернуть тебя к нормальной жизни.

— По твоему я не смогу исполнить своего обещания? Ты думаешь, я не смогу убивать? Глупец, скоро тот жалкий сержантишка, будет корчится в страшных муках.

— Все с меня хватит, я хотел по хорошему, но судя по твоему поведению, мне приедтся…

— Ты правда думаешь, что меня можно сломать вашими препаратами?

— Все разговор окончен!

Я вышел и спокойно закрыл за собой дверь. Меня все еще трясло, была слабость по всему телу, я плохо себя контролировал. Скоро успокоительное подействует на нее. И хотя перед Лили, я казался довольно спокоен, моё состояние на самом деле было шатким. Видимо недостаток сна, да и вся эта ситуация в целом доконали меня. Я решил, что надо идти домой спать, а с остальным разберусь уже завтра.

Спустя несколько часов я был наконец-то дома. У меня едва хватило сил, чтобы дойти до кровати. Я упал, лицом в подушку и думал что тут же отключусь, но заснуть сразу не получилось. Моя собака Пэгги, носилась по комнате словно бы в нее демон вселился.

— Ты что сдурела? А ну быстро спать, место!

— Гав-гав и легкий скулеж.

— Ай, лдано. Забирайся на кровать.

Пэгги завиляла хвостом и запрыгнула, ко мне. Через пару минут, ко мне наконец-то пришел сон.

***

Проснулся в холодном поту, причем резко, словно мне снился дурной сон. Что-то было не так, я это сразу почувствовал, но долго не мог понять, что именно. Сердце колотилось, словно собиралось выпрыгнуть. Я решил сходить на кухню выпить воды и успокоиться. В темноте наощупь, шаркая ногами подошел к крану, достал стакан с полки, набрал стакан воды и тут резко включился свет… Вся кухня была залита кровью… Я выронил стакан и он разбился вдребезги. С боку у стены, лежала Пэгги, точнее то, что осталось от нее. Она была выворочена на изнанку и меня едва не стошнило от одного вида. И только тут я понял, свет! Я его не включал, но кто тогда?

Сердце заколотилось еще сильнее, я схватил нож. Это придало уверенности. Только в этот момент я заметил, что на стене изображены какие-то странные закорючки. Я обошел весь дом, никого нигде не было. У меня явно был шок и я долго думал вызвать полицию или нет. Но все же решился. Они приехали довольно быстро, проверили все замки, сказали, что дверь была отперта «родным ключом».

— Нет, не может этого быть! Я не терял ключей и никому их не давал.

— В наше время все возможно. Если вы уверены, что это не кто-то из ваших знакомых, то скорее всего кто-то сделал копию тайно. Это делается довольно просто, ключ вминается в пластеин и «вуаля», есть оттиск. После сделать копию не составляет особенного труда.

— Но тогда как вы объясните, что включился свет? Я бы заметил если бы кто-то выходил… А вы говорите, что никаких следов нет. Я не говорю уже про рисунки кровью на стене. Их что по вашему я сделал?

— Успокойтесь, вы похоже очень устали. Если бы мы могли найти хоть какую-то зацепку, хоть малейший след пребывания постороннего человека…

— Стена в крови по вашему это не след? Причем не маленький!

— Мы будем прорабатывать разные варианты, опрашивать ваше окружение, но ничего не могу обещать. Слишком мало действительно полезных улик. Подпишите протокол и мы передадим это дело, дальше.

Я мысленно выругался. Эти жирные, ленивые уроды, ничего не хотят делать… Пока составляли протокол, пока я проверил и подписал его, пока вынесли труп «Пэгги». Я увидел, что на часах пол восьмого.

— Черт, времени совсем нет, надо в душ смыть с себя усталость.

Глаза еле держались. Я оделся и вышел из дома. Решил не выдумывать, к тому же я сильно опаздывал, так что заказал себе такси. Доехали мы довольно быстро и надо сказать весело. Таксит, хоть был и ярый «матерщинник», рассказал много веселых ситуаций из своей жизни. Я даже немного отвлекся и забыл про все невзгоды. Зашел в проходную, поздоровался со всеми и отправился в свой кабинет. Я провел своей стандартный утренний обход, выпил кофе и даже немного взбодрился. Оставалось проверить нашу новую пациентку, Лили. Я спустился на первый этаж, дальше направо и прямо по коридору. Вот палата номер 7. Мимо проходил санитар, который по всей видимости дежурил в эту ночь.

— Привет, ты ведь дежурил сегодня да? Скажи мне, девушка сильно буянила?

— Я надеялся, что вы спросите… Это была жуткая ночь. Сначала как только вы ушли, она проклинала всех! Кто был по близости! И говорила, чтоб вас привели к ней, а не то она начнет убивать..

— Ты ей отвечал что-нибудь?

— Нет, я боялся со стула встать, не то чтобы ответить. Вы не поверите, но за все время, что я тут работаю, ничего подобного не слышал. Я видел истерики, оры и песнопения. Но это… Так люди не могут говорить или издавать подобные звуки. Проклятия перемежались со скрипящими, чавкающими и многими другими звуками, которые даже распознать не удавалось. Я работаю санитаром 10 лет, и ничего подобного, в жизни не слышал!

— Угу, ясно. Не переживай, человек с нарушенной психикой способен и не на такое. Возможно тебя сильно настораживает контраст. Ведь девушка внешне кажется крайне безобидной. Но она сейчас себя совершенно не контролирует. Мы поможем ей вот увидишь, главное не поддерживать ее психическое нарушение. Так ну ладно, пора уже начинать.

Санитар практически влетел за мной, быстро поставил стул и выбежал вон закрыв за собой дверь.

— Доброе утро вам Лили. Как вы себя чувствуете сейчас?

— Что случилось доктор вы сбежали вчера от меня?

— Кстати что вы помните из него?

— Я вам рассказывала о себе.

— Вот как, что-нибудь вспомнилось?

— Воспоминания смутные, мне кажется во всем виноваты уколы. Из-за них мои мысли путаются. Сейчас мои воспоминания перемешиваются обрывками с другими, не моими. Понимаете я точно знаю, что я журналист! Я пришла к вам с расследованием, а когда меня связали, сделали укол. Видимо мне вкололи какой-то наркотик ваши подопечные я не могу до сих пор прийти в себя. Я помню мы с вами начали разговор. Помню, что вы что-то спросили и потом видимо наркотик на меня подействовал. Я была словно в берду и помню какие-то куски. После того как вы ушли… Точно, я помню какой-то лифт. Еще бьет ветер в лицо… Потом… Потом, меня спрашивают о чем-то… Нет не так, мне говорят что нужно…

Она напрягается, видно ей тяжело было вспоминать. Я смотрю ей в глаза, хочу понять выдумывает она или действительно пытается вспомнить. Взгляд смотрит в одну точку не мигает, лицо спокойное и расслабленное. Ничего не разобрать, ни одной нормальной зацепки. Черт, придется с ней серьезно поработать.

— Лили, не переживайте так сильно. Это тоже  успех, многие люди с психическими расстройствами могут и того меньше сказать.

— Доктор, я не больна! Это все подстроено, я нормальная девушка. Помогите, я вас прошу, меня держат тут против воли! Я ничего не сделала!

— Хорошо, повторим вчерашний опыт фактов. Вы знаете кто изображен на этой фотографии?

— Я не знаю кто эти люди, но то что я вижу на фото ужасно и отвратительно.

— Я замешкался. Фото где она сидела в этой же комнате, я не мог найти его. Я перерыл все дело, перевернул каждый лист, были все фотографии… Кроме той, единственно нужной.

— Доктор, так на что мне нужно смотреть?

— Не понимаю. Тут в деле, было ваше фото, где вы в той же комнате.

— Я не убийца, я просто девушка которая переоценила свои силы. Прошу вас, выведите меня от сюда. Или не уходите, не оставляйте меня тут одну. Если мне продолжат ставить уколы, я превращусь в овощ и вряд ли уже смогу что-то сказать.

Последнюю фразу она сказала с надрывом в голосе и тихо по девчачьи зарыдала. Я сначала думал, что это может быть следствием резкого перепада настроения. Однако в тот момент, мне она не казалась психически нестабильной. Скорее просто напуганной. Я подошел к ней, достал платок и аккуратно вытер ей слезы.

Я был все время на чеку, потому что бывало в такие моменты, пациенты пытались откусить пальцы. Но все обошлось. Она вроде успокоилась и только всхлипывала теперь. Надо остановиться, если так и дальше пойдет, она начнет веревки из меня вить. Я был в своем уме, фотография была я ее точно видел. Скорее всего я ее просто потерял вера в суматохе. Не стоит забывать, что она убийца. Но ведь фотография не могла сама достаться из сейфа в кабинете. Который закрывается на ключ, что есть только у меня. Но что если врыв в мой дом и потеря этой фотографии не случайное совпадение? Если им удалось сделать копию ключей от дома, что мешало им сделать тоже и для сейфа? Хотя бред какой-то. Проникнуть в больницу ночью не просто. К тому же тут ходят дежурные. Нет я ее потерял, пока шел ночью к сейфу.

— Хорошо, я останусь сегодня в больнице.

— Спасибо большое, я правда ничего не делала.

— Лили, а что происходило ночью?

— В смысле?

— Мне рассказали санитары, что вы проклинали всех.

— Если честно, я этого просто не помню. Возможно это эффект тех препаратов, которые мне вкололи. Но я правда просто ничего не помню.

— Я бы хотел вам поверить, правда. Но факты остаются фактами. Я не могу вас отпустить, так как полиция в такому случае тут же вас заберет за убийства.

— Да полиция, даже не знает обо мне. Они же просто обманывают вас.

— Дело в том, что как раз полиция и передала мне дело. Более того, у меня был разговор с человеком из полиции, который привез вас сюда.

— Ну и вляпалась же я. Видимо полиция тоже с ними. Что же мне делать… Прошу вас, помогите мне, отпустите меня прошу вас. Они послушаются, а я сбегу. Я уеду из города, так что меня никто не достанет. Если тут замешана полиция у меня просто нет шансов противостоять им.

— Давайте так, если вы в самом деле правы, то мне понадобится помощь, чтобы раскрыть это дело. Если мы сможем с вами найти факты, то не будет причин сомневаться в вашем психическом состоянии.

— Я здорова!

— Я же обещал остаться, так что мы в любом случае сможем в этом убедиться. Не переживайте, я буду совсем рядом с вами, так что никто не воспользуется вашей беспомощностью, чтобы сделать вам лишний укол.

— Я верю, что вы не бросите меня, спасибо за это. Я уверена, вы поймете что я не больна.

Я вернулся к себе в кабинет. Поговорил немного со слесарем, о смене замков на двери и потом заварил себе кофе. Давно ведь думал купить маленький диванчик, как раз для таких случаев. Разве что иногда крики слышно, но за долгие годы своей деятельности я привык к такому минусу рабочей атмосферы. А так можно было хоть ненадолго прилечь. Раздался звонок по селектору.

— Доктор Палин пройдите в палату номер четыре, тут привезли нового пациента, нужно ваше участие.

Ну, как всегда, ни минуты покоя. Чтоб вы без меня делали? Я взял планшет и папку с делом в приемной. Пора работать. Дело на этот раз было довольно простое. Как только я немного поговорил с вновь прибывавшим, почти сразу понял, у парня банальная фрустрация личности. Пол часа, я набросал примерный курс лечения. Понял, что большего мне с него ничего не вытянуть. Я забрал папку и направился в свой кабинет, чтобы дополнить некоторые детали. В этот момент, в коридоре ко мне выпрыгнул из-за угла санитар.

— Ратмир Викторович, тут звонили из полицейского участка, мы вас нигде не могли найти. Они вас срочно требуют к телефону.

— Хорошо, я прямо сейчас им позвоню.

Я подошел к телефону за стойкой. Набрал нужный номер и спустя небольшое время ожидания мне ответили на той стороне.

— Алло.

Здравствуйте, это доктор Палин, мне сказали, что со мной хотели связаться.

— Ах да, здорово что вы сами нам позвонили.

— Что-то произошло?

— Да, дело довольно странное. Вы наверняка помните, я рассказывал вам про нашего сержанта, которого проклинала ваша новенькая? Вот именно по этому я и звоню. Парень мертв, сегодня ночью нашли его дома.

— Соболезную, но причем тут моя пациентка?

— Дело в том, что тут ситуация щекотливая. Мне передали, сегодня утром ваше дело. Странное событие, в котором у вас на стене были кровавые иероглифы, очень похожие на те, что мы нашли в доме сержанта. И я сразу же подумал на нее. Дело в том, что у нас есть только одно связующее звено между сержантом и происшествием у вас дома. Я не хочу нагнетать обстановку или говорить о чьей-либо некомпетентности, но не могли бы вы убедиться, что она под замком и не способна выбраться оттуда?

— Я понимаю ваши опасения, но уверяю вас она до сих пор находится в смирительной рубашке. В каком-то смысле у нее 100% алиби, вчера санитары слышали ее крики почти всю ночь. Да и все двери замыкаются на ночь.

— Я вас понял. Чтож, тогда у нее скорее всего был сообщник. Я не эксперт в этих ваших мозгоправских делах, но мне бы не помешала ваша помощь. Вы можете попробовать как-то выяснить у нее, помогал ли ей кто-то? То что девчонка убила свою семью сомнений нет, но я не верю в случайные совпадения.

— Я понял, это значит и в моих интересах тоже. Я постараюсь выяснить, что смогу. Но не могу обещать, так как это процесс довольно сложный и крайне нестабильный. Если что-то смогу выяснить, я вам тут же позвоню.

— Большое спасибо, всегда приятно работать с понимающим человеком.

Я положил трубку. Чертовщина, определенно чертовщина происходит в нашем городке. Но несмотря на все мои попытки убедить себя в том, что нельзя верить Лили. Червоточина сомнений уже начала разъедать меня изнутри. В этой истории все как-то складно звучит, но все же не без изъяна. Однако, есть моменты которые никак не могли мне дать покоя. До вчерашнего дня, она не могла знать меня и сержанта. Даже если предположить, что на месте преступления ее подельник видел отмеченного ее «проклятьем» человека. То обо мне, никто не мог знать точно. А раз так, как можно было скопировать мои ключи заранее? Особенно если брать во внимание факт, что увидеть их мог лишь человек знакомый мне. Не говоря уже о том, что подобный человек должен знать мои привычки, для того чтобы успеть воспользоваться ими для снятия копии.

Да, точно надо отнести дело и навестить Лили. Она не может быть ответом на все вопросы. Однако, ее ответы приблизят меня к правде и закроет пробелы в любом случае. Если я не схожу с ума и у меня под носом в самом деле твориться, что-то крайне неладное. Глаза пекли, словно в них песка насыпали. На столе мерно гудел маленький вентилятор. Он двигался влево, а потом в право овевая ветром большую площадь. Я начал сползать в кресле. Оно конечно было удобным, но оно совершенно не было предназначено для сна. Сколько раз собирался купить маленький диванчик, как раз для таких случаев. Вентилятор все так же мерно гудел…

— Рааааатик, Рааааатик.

Это говорил, тихий и красивый женский голос, в прочем говорил ли?

— Я ведь тебя предупреждала, помнишь? Я от своих слов не отрекаюсь, я залью весь этот никчемный город кровью, но ты все равно будешь со мной!

Я попытался открыть глаза, но ничего не мог понять, мне было страшно. Я вроде был в своем кабинете, но все было в темноте, было плохо видно.

— Не отвлекайся! Это не этично!

— Где я?

— Это неважно! Слушай меня! Торопись! Торопись!

Я подорвался на кресле, у меня со лба струились бисеринки пота… Я огляделся, находился я все так же у себя в кабинете. Ничего не изменилось за исключением того, что я стоял у стола. У меня нервно бегали глаза и бешено колотилось сердце. Видимо недостаток сна и весьма стрессовая ночь дали о себе знать. Я глянул в окно, и понял что уже стемнело. Вот черт, только ужасов мне еще не хватало. Я спустился в приемную. Никого. Странно, в приемной всегда должен был быть кто-то. Выяснить почему никого не было в приемной, я завтра буду просто обязан.

В нашей профессии всегда приходится отвечать за свои слова. Мы несем огромную ответственность. Когда мы работаем с человеком, мы просто обязаны входить к нему в доверие, чтоб получить хоть какой-то результат. А я обещал Лили, что останусь тут, значит как бы мне и не хотелось сейчас плюнуть на все и пойти домой — придется проведать ее. Я подошел к ее палате, в дальнем коридоре кто-то кричал. Наверно это Бутонова. Она потеряла дочь, в автокатастрофе и чудом уцелела сама. Сейчас она уже идет на поправку, но до полного выздоравливания еще далеко.

Я подошел к нужной мне двери. Она была заперта, но у меня была связка ключей от всех дверей. Когда я зашел, не включая свет пригляделся. Девушка мирно спала. Я присел на табурет оперевшись спиной на стену и решил покараулить ее. Кроме того когда она увидит что я был рядом сможет более доверительно ко мне относиться. Я слышал ее мерное сопение и вскоре почувствовал, что начинаю засыпать. Я клевал носом, но держался изо всех сил. Так я провел пол ночи в борьбе со сном. В какой-то момент Лили заерзала. Света было очень мало, так что было трудно разобрать, но мне показалось что у нее открыты глаза. Я просидел так недолго и понял что мне становится не по себе. Всегда неприятно когда тебе смотрят в спину, а тем более в лицо и тем более, когда ты не можешь уличить в этом человека.

— Надо же… Спасибо вам.

— За что?

— За то, что все таки остались.

— Я же дал вам слово, значит должен был сдержать его.

— А это редкость в наше время. В моей жизни все не выполняли своих обещаний. Говорили одно, а делали другое.

— Ну так бывает, это же жизнь. Было бы неинтересно жить если бы вы знали все наперед.

— А я считаю наоборот! Можно жить не озираясь, на что будет или уже свершилось. Согласитесь, что так проще было бы доверять другим людям. А сейчас? Доверься кому-нибудь и этот человек рано или поздно предаст.

— Ну если сейчас смотреть внимательно на ситуацию и придираться к словам, то ведь и я могу быть предателем. Ведь мы живем именно сейчас.

— Возможно, вы в самом деле придираетесь к словам. Каждый человек имеет свою цену, но я знаю, что вы бы меня не продали.

— Вот как? Но ведь вы меня едва знаете? Я если быть откровенным, не могу доверять вам в полной мере. Так как факты упрямая штука.

— Факты упрямые, я согласна. Я ведь все же журналист и единственное чему я могу доверять — это фактам. Но ведь в конечном счете, не прислушиваясь к моим словам, вряд ли вы бы остались возле меня на ночь. Я конечно весьма красива, но вы мужчина довольно уверенный в себе, как мне кажется лишь моя внешность, не заставила бы вас остаться.

— У вас довольно хороший контроль за своей самооценкой.

— Ну конечно, я же должна буду заботиться о вас, а для этого нужно быть сильной и уметь правильно оценивать свои силы.

— Заботиться обо мне? Вы ничего не путаете? Давайте я верну вас к реальности, а то мне начинает казаться, что вы витаете периодами в каком-то выдуманном мире. Мы находимся в психиатрической лечебнице, вы замотаны в смирительную рубашку и единственный кто вам может помочь сейчас находится тут. Так почему же вы считаете, что должны заботиться обо мне? Да и в целом, не нужна мне забота, у меня все хорошо и так.

— За мной никто не пришел до сих пор, так как у меня нет в этом городе друзей или близких. Я переехала сюда ради работы журналиста и думала меня ждет приключение, а не фильм ужаса в котором я оказалась главной героиней. Что же касается заботы, то я с вами не согласна. Вы явно сильно устали, у вас мешки под глазами. Вы даже не брились по всей видимости давно. Только не подумайте, что я так пытаюсь устроить свою личную жизнь.

— Я действительно мало спал. И хотя мне приятно, что вы хотели бы проявить ко мне заботу, но сейчас просто такой период. В моей работе это довольно часто происходит и мешки под глазами не редкость.

— Вот я бы и охраняла ваш сон. Но сначала, мне бы стоило все же выбраться из своей передряги целой и невредимой.

— К слову об охране моего сна, вы говорите о каких-то оберегах? Или может быть вы умеете чертить какие-то тайные знаки?

— Ну зачем вы так со мной? Какие обереги? Какие знаки? Я про возвращение в уютный дом, в котором готов вкусный ужин. Чтобы после тяжелого трудового дня, можно было просто выбросить все из головы и говорить о самых простых вещах. Легко и не принужденно. Никогда раньше просто не задумывалась о подобном.

— Кхм… Неожиданный ответ. Это конечно интересный поворот событий и мне вполне приятно слышать подобное. Но явно не от своей пациентки, тем более столь молодой.

— Может быть я и молода, но самостоятельная, совершеннолетняя и уверенная в себе девушка. В нашем мире я совершенно законно и в полной мере могу отвечать за себя. Раз уж вы мне приглянулись, никто и ничто не запретит мне флиртовать.

— Сейчас нам надо говорить не об этом.

— Почему нет?

— Потому что мне нужно провести еще массу тестов, чтоб доказать что вы нормальны.

— Вот так и доверяй человеку… Вы же и так видите что я нормальная. Нам с вами сейчас же надо начать расследование или бежать отсюда. Несмотря на мои поиски, я знала лишь о том, что некоторые люди исчезали. А затем спустя длительный период времени оказывались в этой больнице. В некоторых случаях поговаривали об умышленном закрытии нормальных людей. Но об этом практически никто не говорил и вообще вся доступная информация довольно скоро исчезла. Теперь то я не удивлена, так как по всей видимости полиция оказалась в деле. Факт того, что здорового человека могут обкалывать какими-то препаратами — уже достижение. И хотя я не уверена, что желаю оставаться в этом городе после всего произошедшего, но я все же не могу остаться в стороне. Меня распирает от желания узнать причины этого безумия. Ведь не ради развлечения они все это проворачивают. Столько людей задействовано, должно быть есть весомая причина для этого.

— Допустим. Если это в самом деле так и вы в самом деле здоровый человек, то я не смогу вас просто так отпустить. Мне нужно доказать, что вы здоровы даже не себе, а всяким комиссиям и высшим инстанциям. Но даже если это так, то полиция все равно не оставит вас в покое. Ведь они говорят, что вы были на месте преступления, ваши руки были в крови и вы совершенно не переживали на этот счет. Вы не кажетесь мне ужасным маньяком убийцей. Судя по фотографиям с места преступления, там орудовал человек импульсивный, полный гнева и ненависти к тем людям. И все же, были моменты угроз, которые я сам лично слышал от вас. И даже если это был галлюциногенный бред… Вы понимаете о чем я? Мне очень сложно верить вам, так как я не вижу всей картины в целом. Я бы скорее поверил, что там на месте преступления было третье лицо.

— Ну не была я там. Не была понимаете? У меня нет никаких подельников. Я журналист, а не убийца. Мало ли что могло у меня происходить во время бреда. Сами же говорите «во время бреда», а раз так, то почему я должна была вести себя спокойно и адекватно в принципе?

— Хм. Интересные ответы, которые во мне вызывают правда лишь больше новых вопросов. Сейчас вы рассуждаете трезво и пока я провел ночь рядом с вами не было никакого крика, истерик и чего-то подобного. Это конечно не дает мне никаких гарантий, но это еще немного убедило меня, что вы не больны. Но как вы объясните мне тогда, выкрики про «утопление города в крови» и прочее?

— Я правда говорила такое? Ой, мне даже как-то стыдно. Я не могу это как-то объяснить. Я в жизни мухи не обидела, а думать об убийстве кого-либо и подавно я не способна. Но если вы говорите, я говорила подобное… Простите в любом случае если угрожала вам каким-то образом. Это было не со зла.

— Интересно. Вообще я прекрасно знаю почему вы могли вести себя подобным образом. Это было проверкой своего рода. Вы очень умная девушка и могли попытаться водить меня за нос. Играть роль невинной овечки в волчьей шкуре. Если бы вы продумывали свой план, наверняка бы нашли способ объяснить причину такого поведения. Однако все признаки указывают, что вы в самом деле переживаете и более того, причина того поведения довольно проста. Будучи журналистом, вам ведь часто приходилось читать всякие сенсационные новости? И ведь чаще всего они про катастрофы, убийства и около этой темы.

— Верно! Как я сама не додумалась? Это же прям на поверхности лежало. Вот видите, я говорю вам это не я, а препараты которые мне вкололи.

— Я хочу сделать к вам еще один шаг доверия. Но я надеюсь, что я не ошибся в своем решении и вы не станете совершать необдуманных поступков.

— Чтобы это ни было, я обещаю вам, что буду следовать вашим указаниям.

Я подошел к ней и немного повозившись, снял смирительную рубашку. Она долго не могла поверить, что она наконец может двигать своими конечностями. А затем с удовольствием начала растирать их и разминаться. В ее глазах было столько благодарности, что мне даже немного неловко стало. Затем я провел с ней несколько тестов, чтобы выявить какие-то нарушения в психике.

Я сложил листы с делом обратно в папку. В нее добавились результаты тестов и мои небольшие пометки. Странно, но мне начинало казаться, что я хорошо знаю ее. Более того, хоть это и было невозможно… Но ее история казалась хоть и менее детализированной, но более правдоподобной. Что если ее действительно оклеветали? Я не могу поверить, что люди с которыми я провел так много времени могли быть способы на такое. Но и девушка, по всем признакам была вполне вменяема и здорова.

У нас конечно место все же не простое и многие не выдерживают. Я слышал раньше много разговоров и местных баек. Но я не мог придавать им значения ибо я не верил в мистику. Нет, чтоб работать слаженно и четко, они передают из уст в уста всякие истории. А дела тем временем теряются​, приходят с опозданием, просто путают местами. Но что если часть баек имела место? Лили говорила о пропажах людей, которые потом объявлялись каким-то образом в нашей больнице. Что если так полиция заминала их грязные дела или убирала мешавших им людей? Звучит как дешевенький детектив, на запылившийся книжной полке. Но если они в самом деле проворачивали подобные дела…

Я оставил на несколько минут Лили, чтобы убрать паку с ее делом. И взять нужные мне дела, которые раньше бы не вызывали во мне никаких сомнений. Но теперь, зная о подтасовке фактов. Они могли бы дать зацепки о том, что происходит в нашей больнице на самом деле. Сказать что я полностью поверил Лили я не мог, но и доказать обратное пока не было возможности. Я перебирал папки пациентов отбирая нужные мне и наткнулся на одну из них с моими записями. Я достал одну из случайных страниц и прочитал отрывок.

«…Все это лишь больная фантазия, да планомерная промывка мозгов со всех сторон. В самом деле люди выдумывают ужасных монстров, не замечая и даже не понимая что монстры — это они сами…»

Работа была не дописана, так как у меня на тот момент все поменялось в жизни. Я из рядового интерна, фактически сразу, стал практикующим психотерапевтом. Секундочку. Ангелы и демоны. Демоны. Мне на секунду показалось знакомым имя Лили. Оно было как то связано с демонической натурой, наверняка стоило поискать больше информации. Но сейчас мне было явно не до этого.

— Вы быстро вернулись, но зачем вам столько папок?

— В них дела других пациентов. Пока мы с вами будем говорить, я хочу пересмотреть некоторые из них. Хотел бы я конечно, чтобы тут помимо табурета был мягкий диван, но видимо не всем желаниям суждено сбыться. Кстати, у меня назрел интересный вопрос. Если бы вам предложили исполнить одно желание, каким бы оно было? Ключевое слово — одно.

— Я думаю пожелала бы иметь нечто, что могло бы мне дать правильный ответ на любой мой вопрос.

— Ух ты, это интересное желание. Обычно многие разрываются между вечной жизнью, горами сокровищ и так далее. А тут довольно не типичный выбор.

— Но ведь это так глупо.

— Почему же?

— Ну ведь желание всего одно. Потратив к примеру на вечную жизнь, можно будет тратить ее на длительные изучения интересующих вопросов. А так, можно будет получить развернутый ответ, который покажет самый короткий путь до цели. К примеру я задала бы первый вопрос, как стать бессмертной. И получив ответ я бы работала в этом направлении. А получив бессмертие и зная ответ на любой вопрос я могла бы достичь куда больших высот, чем просто трача всю свою вечную жизнь на это.

— Мне нравится ход ваших мыслей.

Мы неспешно разговаривали, а я можно сказать автоматически анализировал ее ответы. У нее логический склад ума, но есть и предрасположенность к творчеству. За все время которое я ее видел оно производит впечатление позитивного и жизнерадостного человека. И даже в самых критических обстоятельствах ведет себя не открыто и естественно. Это совершенно не вяжется со всем, что мне о ней рассказали. Вдруг мой взгляд зацепился за одно дело старого нашего пациента. В минуты своего осознанного состояния он постоянно пытался сбежать и говорил, что совершенно здоров. Хотя все его действия и припадки говорили об обратном. Так же были довольно нетипичные случаи. Люди изначально были с небольшими расстройствами, которые, как правило, излечиваются за несколько месяцев. Однако впоследствии их состояние значительно ухудшилось.

Я не подавал виду, но сомнения которые закрадывались все глубже в моем разуме, уже не давали мне покоя. Возможно поверь я раньше… Но сейчас я не мог спросить у них о произошедшем, так как они все окончательно лишились рассудка. Никаких внятных ответов с них получить не возможно и казалось, что я вновь оказался в тупике. С одной стороны слова Лили, с другой то что я видел на протяжении многих лет. Мне нужен был еще хоть кто-нибудь, способный подтолкнуть меня к какой-то из сторон.

Я едва не подпрыгнул, когда вспомнил о рассказах одного пациента. Он говорил довольно жуткие вещи. Рассказывал про различные обряды, которые проводились практически под носом у всех. Я тогда не придавал особенного значения его словам, так как он периодически бредил наяву. Но речь шла о подвале внутри нашей больницы. Что якобы там есть потайной проход, за которым скрывается по-настоящему жуткое место. Разумеется никто в подвалы спускаться не стал. Все считали что его буйная фантазия и обрывочные рассказы о том, что он видел — это обычная шизофрения. Я тогда еще сильно удивился, что он довольно резко перешел от состояния агрессивного, к спокойному и безучастному. Я даже просил снизить дозу препаратов для него, но это не помогло.

— Что с вами доктор? Вы себя хорошо чувствуете? Вы какой-то дерганый сейчас.

— Есть одно дело, мне нужно кое-что выяснить. Но для этого мне будет необходимо оставить вас ненадолго. Всего на час, может и того меньше.

— Я конечно понимаю, что вам нельзя тут проводить столько времени. Но прошу вас, не оставляйте меня тут надолго. Как только вы оставите меня одну, за мной наверняка придут.

— Я не могу взять вас с собой, так как собираюсь спуститься в подвал и совершенно не ясно…

— Умоляю, не оставляйте меня тут! Я готова пойти с вами куда угодно, хоть на поводке, лишь бы не оставаться в этих четырех стенах одной.

— Поймите, мне нужно отлучиться всего на пару часов и …

Где-то в коридоре больницы раздался странный шум. Словно бы хоровое пение, которое все нарастало по мере того, как я шокированный хаотически думал над своими дальнейшими действиями. Я не мог понять, что происходит и понимал, что просто необходимо действовать. Взяв Лили за руку и показал жестом, «тихо!» Аккуратно отперев дверь и бегло выглянув, я ничего не увидел. Однако стали слышны шаги группы целой группы людей. Мы вышли с Лили и едва свернув за угол, песнопения стали слышны еще громче. Некоторые наши постояльцы, начали завывать и общая атмосфера, становилась крайне жуткой. Когда открылась одна из дверей, я слегка выглянул из-за угла стены и тут же одернул голову назад. Уводя за собой Лили как можно скорее. То что я увидел, мне по всей видимости не забыть больше никогда.

Люди с которыми я проработал почти 5 лет, были одеты в какие-то странные рясы испещренные символами и вели себя более чем странно. Но что хуже всего, все это отдавало каким-то откровенным безумием. Я больше не сомневался и знал точно, на чьей я стороне. Я вел свою спутницу к выходу, но так как основной вход был перекрыт оравой обезумевших культистов… Или кто они черт возьми вообще такие? Выбора было не много и нам следовало отправляться к пожарному выходу. Однако за одним из поворотов, мы едва не напоролись на еще одну группу в черных рясах испещренных странными символами. Я отпер дверь одного пациента возле нас. Он был на сильных седативных, так что скорее всего даже не заметит нашего присутствия. Едва мы зашли и я аккуратно прикрыл дверь, наши преследователи прошли мимо. Я понял что все это время сжимал руку Лили и когда я к ней повернулся, увидел ее ужас в глазах.

— Не бойся, я верю тебе. Прости что так долго соображал, но я выведу тебя отсюда. Обещаю тебе, все будет хорошо и мы сбежим. Но сейчас, постарайся не шуметь и иди за мной.

Я сказал ей все это шёпотом, слегка приоткрыл дверь. Убедился что никого нет и мы тут же направились к выходу. Однако к моему удивлению, на двери был какой-то огромный железный замок. И как его сбить я просто не представлял себе. Мы были заперты и даже если бы я приложил все усилия, чтобы сбить замок, то на шум тут же сбежались бы все вокруг. Оставалась последняя надежда. Спуститься в подвал и попытаться выбраться наружу через него. Я не был уверен, но в подвале должен был быть выход. По крайней мере, там нас могли не так быстро найти.

***

— Лили, похоже мы смогли оторваться. Но я правда не знаю, получится ли нам выбраться отсюда. Я раньше не спускался в этот подвал, но обычно из них есть выходы наружу.

— Может, стоит позвонить в полицию?

— По всей видимости они с ними за одно. У меня записан номер человека, который передал мне твоё дело с подделанной фотографией. Скорее всего полиция это не наш вариант. Надо срочно найти выход отсюда.

— Ладно, но прошу тебя давай не будем разделяться. Это всегда самая глупая затея из всех возможных.

— Полностью согласен с тобой. Света тут практически нет, но глаза начинают привыкать и мне кажется тут можно разглядеть какие-то очертания помещения. Пойдем аккуратно, если почувствуешь любой ветерок, говори.

— Хорошо, я постараюсь быть внимательной.

Мы двигались практически наощупь. Источников света тут никаких не было, но это хотя бы не густой мрак, где хоть глаз выколи. Все произошло так быстро, что у меня попросту не было ничего. Мы были полностью безоружны и беспомощны. Так что я пытался найти, хоть что-то похожее на оружие. Мы кружили по темному лабиринту подвала, довольно долго. Пока Лили не почувствовала легкий ветерок. Прислушавшись к ощущениям, мы двигались в сторону его источника. Им оказалась, довольно старая железная дверь. Из щели снизу сильно тянуло воздухом. Меня не очень удивило тогда, что он был теплым.

Дверь была закрыта на засов, так что мы легко смогли пройти внутрь. Проход был очень странным, так как по стене шли какие-то укрепления в виде колонн или чего-то подобного. Мы торопились, так что я отметил это лишь вскользь. Мы шли все дальше и я все удивлялся почему же мы так долго идем? Площадь психиатрической лечебницы, была не столь огромной, чтобы можно было идти куда-то так долго по прямой. Спустя минут 10 я уже думал было предложить вернуться назад, но вдалеке замерцал тусклый желтоватый свет. Мы ускорились и с каждым шагом, становилось гораздо теплее, а света больше.

Мы вышли в огромный зал. Если его так можно было назвать. Ведь проход по которому мы шли, был словно бы прорыт в самой земле. Место же куда мы пришли оказалось еще более странным, так как отсюда уходило целых 3 ответвления. Освещение давали множество зажженных факелов, что висели на стенах. Посередине этого просторного зала, стоял пьедестал на котором лежала какая-то жутких размеров книга. Мы подошли к ней и я долго пытался понять, что там написано, но тщетно. Символы были совершенно не читабельны. Однако рисунки, которые были изображены на некоторых страницах повергали в шок своей омерзительностью.

Временами там встречались какие-то жуткого вида монстры, очень похожие на какую-то помесь хищных рыб и целого ряда ящероподобных созданий. Я понял что надо убираться отсюда и как можно скорее, но куда нам было идти непонятно. Впрочем, лично мне было ясно одно идти дальше по тем туннелям опасно и лучше стоит вернуться. Мы взяли по факелу и отправились в обратный путь. Но едва мы прошли несколько шагов. Вдалеке донеслось эхо голосов и шагов.

— Дьявол, мы не можем вернуться назад. Драться есть смысл, но только в том случае если у нас не останется иного выхода. Давай попробуем все же отправиться в один из тех тоннелей?

— Согласна, я не самый лучший помощник в драке.

Мы выбрали то ответвление, откуда сильнее тянуло теплым воздухом. Мы двигались довольно быстро и шли очень долго. Однако по всей видимости погони за нами пока не было. Скорее всего наши преследователи, не смогли отыскать нас в больнице и сейчас будут обдумывать свой план дальнейших действий. А нам в свою очередь следует найти место, что бы переждать какое-то время.

Пока мы шли меня не покидало удивление. Ведь кто-то проложил все эти тоннели, на столь протяженные расстояния. Наверняка тут было замешано немало людей. Но для чего такие масштабы? Чего они все добиваются? Для того чтобы сводить людей с ума, не требуется копаться в земле. Если даже я не замечал, что с моими пациентами, что-то не ладное и не проверял лично каждую выдаваемую дозу — то зачем все это? Особенно так заморачиваться с Лили. Что могла сделать девочка журналист задав пару неудобных вопросов? Пойти в полицию?

Все это было очень странно. Но мы все же продолжали идти вперед. Пока не вышли в какую-то просторную пещеру, которая в прочем выглядела крайне странно. Я не сразу обратил внимание, но стены были испещрены всякого рода изображениями. Если присмотреться ближе можно было заметить целые истории, но в каком-то хаотичном виде. Цельность сюжета не просматривалась, словно бы важно было запечатлеть образы, а не передать логичный смыл. Ближе к одной из стен, было довольно большое озеро. Мы подошли ближе к воде и как бы это странно не звучало, но сквозило словно бы прямо из озера. Однако вода была словно стекло неподвижна. Я заглянул в тьму воды и всматривался в нее, словно мог там что-то найти. Как вдруг вода начала закручиваться в водоворот, а изображения на стене стали мигать разными блеклыми вспышками цветных огоньков.

Мы отошли на несколько шагов назад, как вдруг прямо из воды, врезалась в берег огромная конечность с когтями и наростами. Мы стояли как вкопанные, не в силах шелохнуться. Тварь, что вылезла на берег, была настолько отвратительной и огромной — что мы даже не пытались сбежать. Хотя сейчас я понимаю, что я и не мог сбежать, ведь это был один из трех Древних. От соприкосновения наших сознаний с этой тварью, мы с Лили видели различные образы. В которых узнали очень много об этом создании. Удивившись тому, что у нас нет проблем с рассудком, тварь разозлилась и кинулась на нас. Я попытался защитить Лили собой, но Древний откинул меня одним ударом лапы. А дальше я мог лишь лежать и наблюдать, как он рвет когтями ее плоть…

***

— Так все и было доктор, хотя конечно же вам рассказали уже другую версию. Совсем скоро меня отведут к Древнему и я уже не смогу вам ничего рассказать.

— Ратмир Викторович, ну я же вам уже сказал. Я попросил проверить весь подвал вдоль и поперек. Там нет никаких дверей и уж тем более подземных туннелей. Но можете рассказать мне подробнее о этом вашем Древнем. Зачем думаете вы ему нужны?

— Даже забавно оказаться на месте Лили. Вы ведь совершенно не верите мне… Особенно, когда я задавал бы точно такие же вопросы сам. Но я расскажу вам все. Ведь в скором времени, я не смогу и двух слов связать. Я не мог противиться воле Древнего, что выбрался на берег. Ведь они могут контролировать человеческий разум. Даже больше они питаются им. А самое сладкое лакомство для них — это человеческое безумие. Ведь в таком случае, им не оказывается сопротивление.

— А почему вы их зовете именно Древние?

— Так они себя сами называют. По крайней мере я это так осознал, пока эта тварь питалась нашими рассудками. Древние существа, что были самой первой формой жизни. Рожденные в воде и изредка выбирающиеся на сушу. Те трое Древних обладают невероятной мощью и силой. Среди людей кто им поклоняется, самые верные удостаиваются прикосновения этой силы. Разлом Древних был тут задолго до того, как люди научились добывать огонь. А те кто им служит сейчас, решили упростить себе задачу и построили тут психиатрическую лечебницу. Так удобнее водить обезумивших людей, чтобы Древние могли иметь постоянный доступ. Считайте мы их холодильник. Кроме того, это не вызывает никаких подозрений. Психи в психушке, что тут такого? Несколько таких дней кормежки и человеческие психические повреждения усиливаются. Так продолжается до тех пор, пока их ужин окончательно не теряет все связи с внешним миром. Именно по этому, я говорю, что если вы мне не поверите — я обречен.

— Ратмир Викторович, я бы вам с удовольствием поверил. Но сами посудите, как я должен реагировать на ваше заявление имея такие факты? Убитое семейство девушки, по имени Лили. В котором была главной подозреваемой она же. Полиция практически сразу заподозрила, что в этом деле был подельник. Они ведь вам даже звонили по этому вопросу. В конце концов, вы отправились в подвал… Те ранения, что вы ей нанесли, это крайне жестоко. Если бы не дежурные, которые испугались исчезновению пациентки. Если бы не вызвали полицию, которая вас и задержала на месте преступления, окровавленного с орудием убийства при себе, чертящего свои странные знаки на стене… Я бы в самом деле, поверил бы что с вашим психическим здоровьем все в порядке.

— Вот как? Они уже все продумали. Ну конечно. Наверняка и снимки есть в моем деле?

— Верно, есть снимки, есть свидетели и все же мне непонятно. Зачем вы убили Лили? Вы испугались, что полиция стала искать подельника?

— Думайте, что хотите теперь доктор. Я вам все рассказал. В нашем мире есть создания, что управляют нашим миром в своих целях. Мне не известно в каких, но люди, которых мы с вами считаем безумцами, в этой психиатрической больнице — это лишь корм. Я видел ужасную смерть невинной девушки и не имел никакой возможности повлиять на это. Я обречен. Я не скажу вам больше ничего доктор.

— Ну ничего Ратимир Викторович, я к вам еще обязательно зайду. Постарайтесь не зацикливаться на всяких монстрах. В нашем мире, главным монстром, как правило, является сам человек.

Доктор вышел из палаты и подумал про себя: «Бедняга, такой молодой, но по всей видимости он уже никогда не придет в себя…»

3 не полных дня искренности.

Пост опубликован: 3 мая, 2018. Автор: IncubusWithLove
Рубрики: Мини истории
Метка: , , ,

Я резко очнулся. Яркие лучи солнца жгли мои глаза, так что я быстро нахватался зайчиков и закрыл их. Я осознал, что лежу на песке. Перевернулся и лег на живот. Сил было очень мало, так что я попытался приподняться на руках. Руки трясло от слабости, но я все же смог приподняться. Открыл глаза вновь. И увидел просторный песчаный пляж. Я не помнил кто я такой и как сюда попал. Осмотрелся по сторонам и увидел человека совсем рядом. Я плелся по пляжу с трудом перебирая ноги и периодами проваливаясь в песке. Когда я подошел, то быстро понял, что передо мной лежит девушка. Золотистые волосы были мокрыми и в песке. Знакомы мы были или нет, я не был уверен. Однако смотреть на нее мне было приятно вне всяких сомнений. Она очнулась и начала поворачиваться. Я как-то автоматически закрыл собой яркое солнце, чтобы ее глаза не пострадали как мои. Она взглянула на меня и кажется немного растерялась. Я решил, что лучше будет заговорить первым.

— Привет. Ты как себя чувствуешь?

— Если честно очень странно. Ты знаешь меня? Или где мы находимся?

— Если честно, я не помню ни как очутился тут, ни кто я такой. Надеялся, может мы знакомы? Или хотя бы ты в курсе, что тут произошло.

— А вот это уже реально пугает. Я тоже ничего не помню. Так что извини, я не то что тебя, я себя по всей видимости не знаю.

— Ну давай хотя бы раздобудем еды и воды? А там будем уже пытаться выяснить, что происходит.

— Да и с ночлегом надо определиться. Не уверена, что тут безопасно. Вдруг дикие звери или еще что?

— Я согласен. Давай только договоримся сразу не разделяться? Лучше будем держаться вместе, ты не против?

— Я тебе почему-то доверяю. Возможно мы и в самом деле знакомы. Но если во всем виноват ты…

— Согласен, я сам дам тебе меня избить.

Так мы и отправились в первое исследование места, в котором столь загадочным образом очутились. По всей видимости если это и был остров, то он был огромным. Обитаем он был или нет, мы пока не имели представления. Сейчас наиболее важно отыскать чистую питьевую воду. Мы углубились в джунгли и стали прислушиваться ко всему, что может отдаленно напоминать звуки плещущейся воды. Тут была бурная растительность, но совсем не было слышно птиц или каких-то животных. Мы бродили около трех часов, пока не наткнулись на какое-то жилище. Трудно было сказать, заброшенное оно или в нем кто-то живет. Снаружи это было похоже на нечто среднее между срубом и хибарой отшельника. Хотя конструкция все же казалась прочной и даже внушала доверие.

— Ну что зайдем?

— Сомнительное местечко, я бы даже сказала немного пугающее.

— Однако там могут быть другие люди, вода или еда. Давай я зайду первым и осмотрю дом, если будет все безопасно я позову тебя?

— А как же держаться вместе?

— Я не могу позволить себе, чтобы ты пострадала. Если вдруг что со мной случиться убегай, как можно дальше из этих мест.

— Ну уж нет, договорились вместе – значит идем вместе.

— А ты упрямая. Ладно, идем.

Мы зашли внутрь дома. Все было покрыто плотным слоем пыли и казалось заброшенным. Тут была грубо сколоченная кровать, стол и стул. Стоял какой-то сундук с тряпками, в котором хорошенько порывшись я нашел хороший и удобный нож. Я не уверен, что разбирался в оружии. Но я осмотрел его. Рукоятка была изготовлена из обычного дерева и обмотана полосками кожи. В руке он лежал удобно и казалось просто не мог выскользнуть. Никаких украшений, никакой резьбы и узоров. Лезвие было острым, а сам клинок немного невзрачным. И все же это было грозным оружием или отличным инструментом. Кажется, этот клинок обладает невероятной мощью. При своей простоте и скромности в руках умелого мастера – превращается в идеальный инструмент.

— Смотри что я нашел.

— Оружие нам не повредит. Да и вообще, если мы тут останемся на длительный период времени. Вне всяких сомнений, нам потребуется любой инструмент.

— Забавно, я почему-то тоже рассматриваю этот нож как оружие и инструмент одновременно.

— Судя по толстенному слою пыли, тут давно никто не живет. Так что я думаю можем его обжить. Сейчас конечно светит солнце, но кто знает? Будет ли и дальше погода к нам столь благосклонна.

— Согласен. Знаешь что я думаю? Если тут кто-то построил себе жилище, то скорее всего поблизости должна быть и вода. Никто бы не стал строить жилье, если бы поблизости не было бы питьевой воды.

— Дельно. Продолжим поиски воды?

— Да, идем. Мы сюда еще несомненно вернемся.

Как я и предполагал. Совсем скоро и поблизости с домом, мы нашли источник родниковой воды. Посуды у нас все равно никакой не было, чтобы набрать воды с собой. Однако это уже хоть, что-то. По крайней мере не будем умирать от жажды. Как это не удивительно, следующим этапом наших поисков оказалась еда. Тут все оказалось немного проще, совсем рядом с нашим новым домом росли бананы. На первое время конечно хватит, но долго на одних лишь бананах мы не протянем. Можно попробовать ловить рыбу или крабов, но их необходимо на чем-то готовить. Хотя, огонь нам потребуется в любом случае.

— И так, сегодняшний день оказался очень дружелюбен к нам. У нас есть нож, есть вода, какая-никакая еда. Но нужно найти способ добыть огонь. Без огня, бананы и кокосы рано или поздно кончатся. Останется только промышлять ловлей рыбы, но без огня ее нельзя будет есть. У тебя есть идеи как раздобыть огня?

— Я думаю трением мы его не добудем. Разумеется, если не будет альтернатив я конечно буду тереть палкой о палку хоть все оставшееся время. Но раз мы пока не будем мучиться от голода, то предлагаю тщательнее обыскать дом.

— Мы же уже все осмотрели в первый раз?

— Ну может на чем-то не зацепился глаз. Кроме того, мы не искали тайники. Если в твой дом может войти кто угодно, не плохо было бы припрятать самое ценное.

— Или так, или это остров, на котором нет вообще никаких других людей.

— Возможно, но дом ведь тут построен. Значит скорее всего тут кто-то есть или был. И будь я на его месте, я бы припрятала самое ценное. А что может быть самым ценным, когда ты на необитаемом острове?

— Огонь, разумеется. Однако не спеши с выводами, вполне может оказаться что это не остров или по крайней мере, он обитаем. Но ты права безусловно. Осмотрим дом еще раз, кроме того не плохо бы его привести в порядок. Скоро начнет темнеть, а я не хочу спать под открытым небом.

Мы вновь вернулись к… Видимо уже к нашему дому. Мне нравилось относительное спокойствие, с которым протекают все события. Мы не помним и не знаем ничего друг о друге. Вокруг неизвестные земли и не известно есть ли кто-то помимо нас. Не известно нужно ли нам пытаться спастись отсюда? Быть может мы сами выбрали такую жизнь? Если задумываться о таких вопросах, можно не сдвинуться с места. А я почему-то отчетливо понимал, движение — это жизнь.

— Слушай я тут подумал, не плохо было бы набрать воды про запас. Сделаем фляжки из кокосов. Как тебе идея? Да пойдем.

Мы двинулись в обратный путь к источнику воды. Когда мы уже почти подошли к нему, буквально в миг все резко изменилось. Тучи появились словно из неоткуда. Это были странные тучи: темно-бордовые и какие-то отвратительные. Они вызывали неприязнь и какое-то шевеление внутри. А затем началась череда молний, кроваво-красного цвета. Я едва успел оттолкнуть мою спутницу от особо прыткой молнии, которая ударила в то место где еще секунду назад она стояла. Я подбежал и практически подхватил ее. Она была шокирована, но не теряла самообладания. В метрах сорока, я заметил пещеру и направился бегом к ней. Моя спутница не отставала и я всячески пытался ее поторопить. Хотя разумеется в этом не было нужды. Мы укрылись внутри темной пещеры и ждали. Я иногда выглядывал, чтобы узнать, закончилась ли эта странная гроза? Все закончилось так же мгновенно, как и началось. Затем спустя какое-то мгновение из плотного покрывала бордовых туч вновь посыпали молнии. На четвертый такой всплеск молний, все закончилось, а пелена из кровавых туч начала рассеиваться.

— Ты в порядке?

— По всей видимости да, благодаря тебе. Если бы ты меня не оттолкнул я думаю, меня бы уже тут не было. Спасибо.

Продолжить

— Не будем задумываться о худшем, подожди меня тут. Я выйду осмотрюсь, вдруг какие-нибудь ветки загорелись. Чтобы мы смогли воспользоваться огнем.

— Я с тобой, не надейся от меня отвязаться.

— Хорошо, но будь осторожна.

Мы вышли и осмотрелись, местами дымились следы от ударивших в землю молний. Нам крупно повезло, как минимум потому что мы живы и невредимы. Но это не все, многие пальмы валялись от прибивших их к земле ударов молний и тихонько горели. Ветра не было, так что огонь скорее всего не должен сильно разойтись, в любом случае мы бы не смогли ничего потушить вдвоем. Так что мы продолжили двигаться по направлению к дому, с надеждой на тепло и горячую еду завтрашним днем. Я нес кусок тлеющего дерева с осторожностью, хотя особенной нужды в этом не было. Даже маленького уголька было бы достаточно, чтобы разжечь костер.

— Тебе не кажется, очень странным, что эти необычные тучи так быстро появились. Причем как быстро появились, так быстро и исчезли?

— Стараюсь решать проблемы по мере поступления. Давай хотя бы обеспечим себя теплом и едой, а там уже будем думать, что делать с этими загадочными тучами.

— Я просто задумалась, настолько ли безопасно будет находиться в том доме?

— Хм, а ведь в самом деле… Может тогда попробуем обустроить ту пещеру, что мы нашли?

— Перенесем мебель? Далековато будет.

— Хотя бы возьмем мягкую подстилку, чтоб не валяться на холодном камне.

— В любом случае камень надёжнее дерева, как показала практика.

— Тут я с тобой полностью согласен. Так давай я разожгу пока небольшой костер, сделаю факел ну или подобие такового и пойдем обратно с нашими пожитками.

— Уже нашими?

— Я думаю, прошлый хозяин этих пожитков вряд ли будет очень против.

С этими словами мы подошли к дому. Меня немного смутило, что несмотря на сильный разгром возле пещеры, тут словно бы вообще ничего не происходило. Впрочем, я быстро отвлекся от посторонних мыслей и сосредоточился на разведении костра. Не знаю почему, но я как мне кажется отработано сложил сначала маленькие щепочки, затем крупнее, после кора и затем уже пошел хворост, который находился рядом с домом. Костер разгорелся весьма и весьма быстро. Сразу появился некоторый уют. Я помог моей спутнице со сбором вещей и нашел совсем непригодную ткань. Из кокосовых шкорок, небольшой проволоки и непригодной ткани, я сделал подобие факела. Повезло, что нам не далеко идти. Из всех подручных средств, что я нашел сделать нормальный факел не представляется возможным. Вообще очень странно, с чего вдруг я умею делать факелы?

— Ты готов?

— Да мы можем выдвигаться.

— Кстати нам больше чем повезло. Я все же нашла тайник. Это немного трудно объяснить, но я как будто знала, как лучше припрятать ценное.

— Вот как? Мне тоже не совсем понятно откуда берутся мои умения. Но я думаю пока не стоит углубляться в детали, так можно и мозг сломать себе. А что было в тайнике?

— Нам больше чем повезло, там были некоторые вещи и коробок спичек.

— Великолепная новость. Вещи конечно же точно не будут лишними, прикрываться листами на веревке мне как-то вообще не улыбается. Но огонь — это наша слабость, если мы не сможем разводить огонь…

— Не продолжай, не хочу это слышать. Ты кстати помнишь куда идти?

— Да я кажется не плохо ориентируюсь на местности. Видимо очередная моя способность.

— Ну я надеюсь на это, не хотелось бы шарахаться ночью по джунглям.

— И не придется, узнаешь это место?

— А поваленные деревья, видимо мы уже почти пришли.

Оставшийся путь мы прошли молча и самое важное без приключений. День был очень насыщенным, так что нас хватило только лишь на то, чтобы разжечь костер и постелить себе ночлег. Уже была ночь, так что даже тепло от костра не очень согревало. Решили лечь рядом, чтобы было теплее. Едва нас коснулось одеяло, мы тут же заснули. Когда же мы наконец проснулись, то наступил следующий день.

Я спал очень неспокойно. Мне во сне виделись какие-то мечущиеся во все стороны образы. Это были несвязные образы. Я видел себя и мою спутницу, правда мы выглядели иначе. Понять, что именно мы делали я не мог, слишком обрывочными были ведения. А затем я ощутил сильную дрожь. В миг меня окружило тучами, которые я видел вчера. Они заволокли абсолютно все. Они были густыми и вязкими. Затем начались световые вспышки, которые отзывались болью в моем теле. Так длилось несколько минут, а затем дрожь переросла в нечто большее. Казалось я уже ощущаю ее физически всем телом. Я открыл глаза и понял, что нахожусь в той же пещере. Земля под нами дрожала не останавливаясь. А затем все стихло.

— Что это было? Ты в порядке?

— Я не уверен. Мне снился дико странный сон.

— Мне тоже. Какие-то образы тебя и меня, только ничего не понятно?

— Мы видели один и тот же сон?

— А затем были те кровавые тучи?

— Да. А после землетрясение меня разбудило.

— Думаешь это было землетрясение? Ну теория с великанами, мне показалась неправдоподобной.

— Ты случайно не был комиком?

— Очень сомневаюсь, что комики отлично ориентируются в джунглях и умеют мастерить факелы.

— Да руки у тебя растут откуда надо, в твоей «фляге» из кокоса еще есть вода?

— Да конечно, бери.

— Уф, как вкусно. Вода со вкусом кокоса. Едим кокосы. Хорошо, что я люблю кокосы. Нам надо будет еще набрать перед уходом. Мы ведь куда-то пойдем?

— Да. Нам надо исследовать эти земли. Поймем хотя бы на острове мы или нет.

Мы вышли из пещеры и тут у меня отпала челюсть… Никаких пальм. Источник питьевой воды был на месте, пещера была на месте. Но ни одной пальмы, а бурная лестная растительность совершенно нетипичная для островов. Никаких кокосов или бананов. Огромные, высокие сосновые деревья.

— Какого черта?

— Я конечно не так хорошо ориентируюсь на местности, но найду десять отличий от пальм и сосен.

— Ты же видишь тоже что и я?

— К сожалению да.

— Это невозможно. Невозможно заменить почти все вокруг за одну ночь. Надо поскорее выбираться из этого места.

— Но куда? Теперь ведь вообще не понятно где мы и что важнее, как тут оказались?

— Давай не будем паниковать? Так или иначе, но мы узнаем, что тут происходит. Хотя бы мы вместе и раз видим одинаковые сны, значит связанны чем-то.

— Веревками к примеру, когда нас поймают.

— И это я еще был комедиантом?

— Ладно, куда пойдем?

— Пойдем туда, где все началось. Если там не будет песка и воды, тогда я вообще не представляю, что нам делать.

— Как что, будем пытаться выжить. А там уже посмотрим, что из этого выйдет.

Мы отправились в сторону места где мы очнулись. Во всяком случае, мы двигались в том направлении, где это было вчера. Я не понимал, как я узнаю маршрут и направление. Я просто представлял в голове воображаемую карту этой местности. Совсем скоро мы должны были бы увидеть заброшенную постройку. Однако в том месте никаких построек не было видно.

— Вот ровно на вот этом месте должен был быть заброшенный дом.

— С чего это ты так уверен.

— Я же говорил, что хорошо понимаю эту местность. Не знаю почему и как, но именно в этом месте была… Постой-ка… Ты видишь?

— Это железо?

— Да железный люк, как в каком-то бункере.

— Так давай попробуем открыть.

— Боюсь это невозможно. Он либо открывается только изнутри, либо должна быть какая-то панель управления.

— Я ничего такого не вижу.

— Тогда давай двигаться дальше, не будем тратить время на осмотр.

— Я если честно немного побаиваюсь идти в начальную точку нашего путешествия.

— Я обещал быть с тобой, так что не оставлю тебя одну. Просто нам действительно стоит посмотреть, что там сейчас.

— Ладно, идем.

Мы шли довольно быстрым темпом. Быстрее узнаем, быстрее поймем, что происходит. Местность была горная, однако сильно крутых спусков и подъемов не было. Я посмотрел вверх. Сквозь кроны деревьев пробивалось яркое солнце. Солнце было в самом разгаре, так что мы успеем вернуться в пещеру до темноты. Я осмотрелся. Вдалеке виднелся туман, за которым уже не было видно ничего. Нужное нам место было перед туманом, а значит мы уже почти пришли. Я ожидал более жуткой картины. Впрочем, ничего позитивного.

— Там обрыв, а за ним туман.

— Причем этот обрыв повторяет контуры берега, на котором мы очнулись.

— Ты хочешь сказать, что вместо воды теперь там туман и неизвестность?

— Кроме того этот огромный обрыв, взгляни вниз.

— Я не вижу дна.

— Вот именно. Такое чувство будто нас, кто-то специально ограничил в пространстве. И за один день изменил весь ландшафт окружающего нас мира.

— Может он искусственный?

— Погоди секунду.

Я подошел к небольшому дереву и начал пытаться рубить его ножом. Спустя какое-то время и изрядно запыхавшись, я смог завалить его. Это было на вид самое обыкновенное дерево. Тогда я начал рыть землю ножом. Выкопав приличную яму в глубину, я наткнулся на корни дерева.

— Это точно настоящее дерево и земля. Такой объем деревьев и почвы убрать, а затем выставить все по новой – невозможно.

— Но какое-то же объяснение должно быть?

— Возможно, но у меня такого сейчас нет. Раз сюда нам дорога закрыта, давай тогда попробуем открыть бункер?

— Давай. Если не получится, то предлагаю сходить еще в противоположную сторону. В конце концов, если нам закрыт путь в эту сторону, может быть открыт в другую?

— У меня есть небольшие сомнения насчет длительных походов. Если изменился весь ландшафт за одну ночь… Не хотелось бы в обще заночевать под открытым небом. Пока у нас есть два стабильных места. Дом и пещера.

— Дом показывает такую себе стабильность. Как будем пытаться открыть заветную дверцу?

— Нужно найти панель управления. Хотя скорее всего нам это ничего не даст.

— Чего так пессимистично?

— Чтобы открыть дверь даже через панель управления, нам потребуется какие-то данные для входа. Ни я ни ты их точно не можем знать, я не знаю даже кто мы.

— А как должна выглядеть панель управления?

— Все что не имеет природного происхождения.

— Как вон та штуковина?

— Умница, это именно то, что нам нужно. Как ты ее только заметила?

— Пока ты говорил я задумалась и смотрела в одну точку, а потом глаз как-то зацепился.

— Это конечно здорово, но нужно вписать пароль. Что попробуем?

— Давай остров?

— Нет, не то.

— Рай?

— Тоже… Ты чувствуешь?

— Что?

— Кажется… Дьявол! Собираются вчерашние тучи! Мы не успеем до пещеры. Нужно срочно открыть этот чертов бункер.

— Вода, жизнь, смерть, бог, зло, добро…

— Нет, нет и нет. Черт тучи уже сформировались.

— Не отвлекайся, пиши.

— Изгои, мечта, спасение, любовь, молния, вспышка.

Первая молния ударила в дерево неподалеку.

— Родник, источник, лес, мир.

Череда ударов, одна из молний ударила совсем близко. Моя спутница вскрикнула от неожиданности и сказала…

— КОКОС

— Подошло? Что? Не верю…

Я стоял какое-то мгновение недоумевая, когда она одернула меня и мы побежали к открывающемуся люку. Сначала спустилась по лестнице моя спутница, а затем влетел я и на бегу захлопнул за собой многотонный люк. Несмотря на то, что нас отделяла теперь толстый слой земли и стали. Мне казалось я все равно слышу разряды и удары в землю.

— Темно. Вообще ничего не видно.

— Уж лучше так. Так где ты, дай мне руку.

— Что за приставания?

— Да ты больная! Тут темно и ничего не видно, если потеряешься я тебя могу не найти потом.

— Если будешь приставать, я закричу!

— Да сколько можно? Иди сюда уже, тут кроме нас похоже нет никого.

— Прости, видимо нервное.

— Идем по-над стенкой. Ощупывай, нужно найти дверь или еще одну панель управления.

— А если тут вообще нет света?

— Вот и узнаем.

Ощупывание показало, что мы находимся скорее всего в ровной квадратной комнате. Раз, мы ничего не смогли найти на стенах, то либо это и есть весь бункер. Что кажется очень странным. Ведь если на улице есть панель управления, значит должно быть еще какое-то оборудование.

— Давай так, стой у лестницы, а я пройдусь по всей комнате. Не может быть тут пустая комната без какого-либо оборудования.

— А что если, та штука предназначена только для открытия двери? Слишком сложная система для обеспечения безопасности голой комнаты.

— Звучит логично. Ну что там?

— Это самая обычная, пустая комната. Или тут куча потайных систем, или я ничего не понимаю.

— И какой у нас план?

— Ждем, когда заканчивается эта странная гроза и бежим назад к пещере. Если она не меняется, значит это наш дом и хоть какая-то стабильность.

— А как мы поймем, что гроза кончилась?

— Я не знаю, что это за место, но уверен, что тут есть какая-то закономерность. К примеру, красные тучи появились в то же самое время, что и в прошлый день. Я предполагаю, что тут есть четкие временные рамки. Мы проснулись примерно в то, же время что и вчера. Тучи появились в то же время, а ночью должна вновь произойти смена всего вокруг.

— Это было бы странным предположением, но тут все и так очень странное. Если все так, как ты предположил, тогда что делать будем?

— Есть у меня пара мыслей на этот счет. Одна из мыслей, нам стоит с самого пробуждения отправиться на исследование новых земель. Будем идти максимально прямо и не сворачивая. Так либо мы упремся в очередной предел, либо найдем новые стабильные точки.

— А как же тучи? Мы знаем примерное время, когда все начнется, так что уйдём заранее. Кстати, я думаю уже все закончилось и мы можем идти. Только дай я первый проверю.

Я с опаской приоткрыл люк. Как, я и предполагал, тучи исчезли. Я выбрался наружу и помог, подняться моей спутнице. У нас стало появляться хоть, какое-то понимание этого мира. Пару раз мне даже приходило в голову, что мы умерли и вот она загробная жизнь. Но я отметал в сторону такие мысли – это даже звучит глупо. Мы вернулись к нашей пещере. Я был очень рад, что она так и осталась не тронутой. От костра остались одни лишь угли, но их было достаточно, чтобы разжечь огонь снова. В голову пришла мысль, что у нас из еды остались лишь кокосы.

— У нас остались только кокосы, как думаешь? Может перед походом завтра найдем еды? Можем к примеру рыбы половить.

— Я конечно люблю рыбу, не могу без нее. Но ты видимо кое-что забыл, мы теперь в лесу.

— … Вот же… Я в самом деле забыл. Впрочем, мы не знаем, что будет завтра.

— Есть еще одна причина. Я хочу поскорее понять, что это за место. Понимаешь, я не боюсь. Что очень странно само по себе. Я не боюсь, что мы тут только вдвоем, что все меняется каждый день и тд. Я просто хочу понимать, у нас есть только этот… Не знаю, остров? Или есть мир за пределами этого таинственного места.

— Хорошо, с едой можем повременить. Нам кокосов при должном разделении хватит на неделю. Не знаю только, как мы теперь заснем этой ночью. Лучше всего было бы выспаться, так как завтра нас ждет очень долгий путь.

— Лично я, с легкостью усну… Если ты будешь рядом. Знаешь, несмотря на весь дурдом вокруг… Я правда заметила твою заботу обо мне. Но это не самое главное. Я чувствую к тебе что-то. Это необъяснимо, но ты мне как-то по-особенному дорог. И нас в самом деле связывает нечто большее чем просто злополучный остров.

— Я тебя понимаю. Я тоже испытываю к тебе нежность и желание заботиться о тебе, будто мы с тобой очень близкие люди. У нас нет прошлого или оно скрыто от нас, но я бы предложил тебе совместное будущее. И надеюсь на то, что оно будет длительным.

— Не сомневайся, так и будет. Иди ко мне, что бы не происходило завтра я останусь с тобой.

Так окончился еще один день. Который так и не дал нам ответов, зато он дал нам нечто большее. Понимание, что мы вдвоем и будем пытаться выжить чего бы нам этого, не стоило. А я предупрежу вас за ранее, цена за это единение будет огромной. Ведь следующий день обещал быть куда более напряженным.

Мы заснули далеко не сразу и все же нас вновь посетил этот сумбур из снов. Мешанина образов, в которых в этот раз я видел слезы и боль. Свои и ее. Что это могло бы значить, я понятия не имел. Но возможно в наших снах и нет никаких ответов. И вот я понял, что меня вновь начинают окутывать кровавые тучи. Первые разряды даже не отозвались болью, зато последующие, как и в первый раз терзали меня. А затем вновь эта дрожь, которая пробудила нас и которая сотрясала все, за пределами пещеры. Я поднялся и помог подняться моей спутнице.

— Ты в порядке?

— Очередные ночные кошмарные образы. Твои и мои. В этот раз печальный сон.

— Не уверен, что это сон если снится он нам обоим. Да и в целом, пока толку от них мало. Пойдем лучше взглянем, что нас ждет сегодня?

— Да, собираемся и в путь. Берем все наши припасы?

— На всякий случай возьмем всю еду и всю воду, что у нас есть. И двигаемся прямо. Но сильно далеко заходить не будем. Я предлагаю рассчитать наш путь. И если по каким-то причинам, мы так и не найдем границ. То не будем испытывать судьбу и вернемся. Соберем максимальное количество припасов, чтобы отправиться в путь с самого утра.

— Звучит как план. Вот только… Это что опять пальмы?

— И да и нет. По всей видимости это оазис. Так как тут всегда остается питьевая вода, то ничего удивительного, что она в виде оазиса. Это плохо, сегодня значит будет пустыня. Может просто переждем день? Чтобы не гореть на солнце?

— Нет. Решили сегодня значит сегодня. Намотаем себе на голову эти тряпки и давай в путь. Показывай дорогу моя путеводная звезда.

— Лучше уж быть компасом, звезда слишком женственное сравнение.

— Хорошо мой навигатор, отправляемся в путь.

— В этот раз все просто, мы идем прямо и будем надеяться, что успеем проскочить тучи или найдем какое-то укрытие по пути.

Путь и в самом деле не был сложным. Разве что, когда солнце взошло и начало жечь наши головы – мы ощутили реальные проблемы. Но мы смело шли вперед, ведь там возможно для нас отыщутся ответы. А нам просто необходима информация, чтобы все выяснить. Я контролировал запас воды, чтобы нам хватило на весь путь и еще на дорогу назад. Мне повезло с моей спутницей. Она все понимала и не хныкала о том, как хочет пить. Мы все шли, но нам не попадалось ничего кроме песчаных барханов.

— Как думаешь, тут есть что-нибудь кроме этой пустыни?

— Меня уже берут сомнения. Однако для исследования земель, так нам будет даже лучше. Если мы заметим что-то подозрительное, то у нас будет еще одна стабильная точка.

— Это конечно здорово, но с чего ты решил, что будет еще что-то. В принципе нам и так уже повезло, у нас есть целых два убежища. Или портала, или черт побери чего.

— Мы справимся. Не переживай. О, гляди, мне кажется? Или там что-то есть? Какое-то пятно?

— Либо мы вместе переели кокосов, либо это на самом деле. Идем смотреть?

— Ага.

Мы подошли поближе, чтобы рассмотреть новый объект. Это был какой-то колодец. В нем были железные прутья на подобии ступенек. До дна было далеко и что на дне не было видно. Лезть туда не очень хотелось, ведь у нас все равно нет фонаря. Можно было бы разжечь факел, но с ним было бы очень не удобно спускаться.

— Ну что скажешь?

— Не хотела бы я туда лезть.

— У нас не так много выбора. Либо мы спустимся вниз и там переждем грозу из кровавых туч. Либо нужно возвращаться. Если мы сразу пойдем дальше, нас застанет гроза в пути и там негде будет укрыться. А если пойдем назад узнаем, только о наличии какого-то колодца. Есть ли границы этих мест мы иначе не поймем.

— Тогда придется лезть вниз.

— Я опять полезу первым. Попробую снизу зажечь факел. Так мы сможем понять, есть ли там что-то на дне? А ты пока подожди меня тут, хорошо?

— Ладно, но если ты мне не ответишь я полезу за тобой. И если тебя там убьют, я тебя сама убью.

— Звучит жутенько. Пожалуй, не буду умирать.

— Лезь уже.

Спустившись в низ и нащупав ногой опору, я хорошенько попрыгал на ней, чтобы проверить надежность. После достал мой импровизированный факел и попробовал его зажечь. С первой спички зажечь не получилось, я извел целых две, прежде чем факел разгорелся. Я был на дне колодца и внимательно осмотрев его понял, что в нем так же, как и в бункере ничего нет. Тут могли поместиться человека 4, вот только зачем этот пустой колодец посреди пустыни? Да собственно пустой бункер в середине леса, с умной системой открытия дверей и абсолютной пустотой внутри. Я поднялся к своей спутнице и рассказал обо всем.

— Тоже пусто? Что же это за место такое? Каждый день все меняется, кроме этих мест. Но почему в них ничего нет?

— Ну в первый раз жилище не было пустым. Может быть в зависимости от ландшафта меняется и содержимое стабильных точек? То есть мы были в правильном месте, но в не правильное время.

— Думаешь мы путешествуем во времени?

— Это маловероятно. Скорее уж тогда во времени путешествует пещера.

— О правильно, а что если мы останемся за пределами пещеры? Она исчезнет, а мы останемся в одном из времен. Если это временные отрезки конечно.

— Вообще звучит логичным объяснение, вот только как тогда объяснить везде кровавый туман? И четкие границы от точки начала нашего путешествия?

— Хм, да о таком я не думала. Так какой у нас план сейчас.

— Ну у нас есть еще приличное количество времени. Можем походить в разные стороны от колодца осмотреться. Вдруг найдем еще что-то? Или сядем внутрь колодца и буде ждать, когда начнется гроза.

— Не люблю ждать, пойдем лучше осмотримся.

— Тогда давай двинем в ту сторону.

И мы пошли покорять очередной бархан. Мы шли довольно долго и я хотел уже предлагать возвращаться назад, чтобы успеть до начала грозы. Но вот мы увидели совсем близко странный обрыв.

— Это она?

— Скорее всего да. Дальше все опять закрывает какой-то туман. А песок кажется ссыпается вниз.

— То есть думаешь тут везде есть границы?

— Вне всяких сомнений. Но для чего они и можно ли их преодолеть, я не знаю. Нам надо возвращаться назад. У нас достаточно времени, чтобы вернуться к колодцу. Но не хотелось бы задерживаться.

— Да. Пойдем. Теперь хоть что-то становится понятным. Мы на подобии острова и процентов на 90% тут одни. Это тоже не плохо пони…

— Держись…

Под нами двинулся песок и нас стало потихоньку стягивать вниз. Я не сильно паниковал, ведь тянуло нас в противоположную сторону от обрыва. Возможно только это нас и спасло. Я не стал суетиться и спокойно подтормаживал ногами, чтобы снизить скорость спуска. Движение не было ровным. Оно было каким-то прерывистым. В какой-то момент я и вовсе затормозил. А вот моя спутница наоборот очень быстро спустилась вниз. Но на этом наши приключения не закончились. Теперь я понял почему нас потянуло вниз. Зыбучие пески, они утягивали вниз толщи песка.

— Перевернись на спину и замри.

— Меня тянет вниз!

— Не паникуй! Соберись! Перевернись на спину и не двигайся. Я постараюсь обойти воронку и подтянуть тебя, с другой стороны.

Я насколько мог неспешно, обошел зыбучие пески и начал в панике думать, как ее вытаскивать. Я стянул с себя рубашку, намотанные на голове тряпки, штаны и вообще все что у нас было в рюкзаке тряпичное и начал крепко связывать.

— Поторопись, меня продолжает затягивать.

— Держись, прошу тебя только не сдавайся. Уже почти готово. Все! Лови веревку.

— Не получается.

— Сейчас, еще раз. Поймала.

— Не спеши, веревка не очень надежная. Старайся понемногу подтягиваться. При этом старайся не сильно дергаться.

— Получается.

— Умница! Двигайся дальше и постарайся не спешить, у на все получится.

На последних узлах я протянул ей руку и помог окончательно выбраться. Мы завалились на песок и пытались отдышаться. Видимо скоро адреналин меня отпустил и я почувствовал, что песок очень горячий. Скорее всего я ожог кожу пока лежал. Мы собрались и двинулись в обратный путь.

— Сколько же мы провозились в этих песках? Нам надо поторопиться.

— Сил если честно осталось не много. У меня до сих пор ноги трусятся от обилия впечатлений за сегодня. Но ты прав, давай ускорим шаг.

— Я думаю мы в целом должны были успеть и с тем шагом которым шли, но я просто…

— Ты чего?

— Гроза начинается! Бежим!

— Но почему так рано, ты же говорил у нас есть время?

— Я не знаю, видимо в этот раз все идет не по графику.

Тучи начинали собираться. В этот раз не так быстро, но от этого не становилось проще. Я понимал, что мы не успеем добежать, как бы мы не старались. Потому я остановился и придержал мою спутницу.

— Мы не успеем, как бы не спешили.

— Ты тоже это подумал?

— Я подумал, что я не хочу провести последние минуты жизни в бегу. Я подумал, что как бы мы не спешили, нет никакого шанса успеть вернуться назад. Я подумал, что лучше будет остановиться и за все это короткое время успеть сказать тебе самое важное — я люблю тебя! И я искренне рад, что мы смогли провести с тобой хотя бы эти три не полных дня.

— Я тоже тебя люблю и ни о чем не сожалею.

В этот момент нас окутали кровавые тучи. Я держал ее за руку, когда по мне прошелся первый разряд. Я ощутил неимоверную боль и как трясет мое тело. Я прислушался к своим ощущениям. И мне показалось я слышу голоса.

— Давайте еще один, добавьте еще один шаг. Мне кажется мы наконец-то получаем какой-то результат.

Очередная вспышка боли и сокращающиеся мышцы. Глаза покрывала красная пелена. Это не был дым или тряпка, теперь я хорошо понимал, что это вспышки невыносимой боли. Впрочем, какая-то повязка на моих глазах все же была.

— Смотрите, есть реакция. Я думаю у нас наконец-то все получилось.

— Профессор Громов, но как это возможно? Ведь эту методику перестали использовать с давних, пор? Как вам удалось выбить разрешение на проведение своего исследования?

— Все потом. Снимите с него повязку. И развяжите руки, пусть протрет глаза.

С моих глаз стянули повязку. Глаза заливали пот и кровавая пелена из полопавших капилляров. Теперь понятно, что речь точно шла обо мне.

— Кто вы такие? И что тут происходит? Это вы заслали нас на тот остров?

— Полегче голубчик, не торопитесь с вопросами. Я вам все обязательно расскажу, но вам нужно немного отдохнуть.

Мне сделали укол, я даже не успел опомниться. В глазах начало плыть и я провалился в черную пелену сна. Я очнулся в какой-то комнате, где не было ничего кроме обычной кровати. Голые стены и никаких окон. Я не мог понять, что происходит и почему туман не убил нас, а перенес в какое-то новое место. Стоп где она? Я ведь не успел понять вместе ли нас сюда занесло. Я вскочил с кровати и едва не упал от головокружения. Кое-как доковыляв до двери я начал стучать.

— Выпустите меня! Откройте эту чертову дверь и отведите меня к ней!

На мое удивление, через несколько минут пришли два человека крепкого телосложения и сказали следовать за ними. Мол, профессор Громов мне все объяснит. Меня провели по узенькому коридору, где была череда каких-то дверей. Освещение если и было, то оно было очень тусклым. Меня привели в кабинет к какому-то мужику с седой жиденькой бородкой и округлыми линзами очков.

— А, вы уже очнулись? Спасибо что привели его, можете нас оставить. Присаживайтесь голубчик, разговор у нас с вами будет долгим.

— Кто вы такой и где моя спутница?

— Эм. Я профессор Громов, простите, я вас не понял, о какой спутнице идет речь?

— Я был все это время с девушкой, золотые волосы…

— Голубчик, вы лучше назовите имя или фамилию и я дам вам ответ за пару секунд. По описанию мне будет трудно понять о ком идет речь.

— Имя… Я ведь не знаю…

— Так, я кажется начинаю понимать. Давайте поговорим более детально о вас. Вы ведь не понимаете, где сейчас находитесь? Я прав?

— Да. Я не знаю.

— Это психиатрическая лечебница имени Лебединского. Вам диагностировали остро прогрессирующую шизофрению. Все началось с того, что вы говорили с кем-то и не реагировали на посторонних. Потом вы стали реже вообще двигаться только говорили сами с собой. К моменту, когда я приехал вы, не разговаривали и не принимали пищу. Вы тяжелый случай, так сказать. Я могу узнать с кем вы контактировали до момента эксперимента.

— Эксперимента?

— Да старая методика лечения шизофрении. Сейчас в прочем ее тоже применяют, но именно этот способ сочли не гуманным. Я подкорректировал сам курс лечения и как видите все сработало, вы с нами. Но все же это пока экспериментальная методика и разрешение я выбил всего лишь на двух пациентов.

— Кстати, второй пациент девушка причем с золотыми волосами. Позвольте я покажу вам фото на экране. Смотрите, вы говорили о ней?

— Да! Это она, мы были вместе с ней… Неважно проведите меня к ней.

— О, не спешите. Вы пролежали целых три месяца. Я не уверен, что вы адекватно воспринимаете окружающий мир. Если вы общались ранее с ней, то проверив вас на восприятие окружающей реальности и если это не будет вредить ей самой… В общем если все пойдет как надо, я обязательно дам вам встретиться.

— Нет профессор, поймите я обещал ей, что мы будем вместе, чтобы не произошло.

— Обещаете не буянить?

— Никакого буйства. Я не псих, даже если и был таким когда-то.

— Что ж, сделаю для вас исключение. Идемте.

Он повел меня извилистыми, все так же узкими коридорами. После нескольких поворотов, я отчаялся запоминать дорогу. Видимо сказывалась слабость и чудные процедуры профессора. Так я ему и поверил. Я не псих и чувствовал себя совершенно здоровым. Они что-то делают с нами, возможно стерли даже нашу память.

— Вот тут и располагается комната девушки, о которой вы говорите. Она еще очень слаба. Мы провели такие же процедуры с ней, как и с вами. Так что постарайтесь ее сильно не тревожить.

— Хорошо, я меньше всего хочу ей как-то навредить.

— У вас 10 минут.

Он отворил дверь и я вошел в комнату. Комната так же была без окон, но тут почему-то было светло. Видимо какие-то лампы ночники.

— Ты? Ты жив, как же я за тебя волновалась.

— Мне дали 10 минут с тобой, некий профессор Громов говорит…

— Ты не помнишь видимо? Дай я тебе все расскажу. Не верь никому из них.

— Говори, я слушаю.

— Когда они пропустили по нам разряд электричества, это не дало нам до конца завершить соединение. Они чертовы психи думают, что мы обычные шизики. Но это совершенно не так. Мы с тобой уникальны в своем роде. Ты не человек. Понимаешь? Хотя ты и выглядишь, как человек – но это не так. Я была человеком, но изменилась благодаря тебе.

— Какого… Ты понимаешь, как это все звучит?

— Да-да, только не трать сейчас время в пустую. Ты хотел объединить нас. Не физически, это невозможно конечно. Но наши сущности, души, энергия не важно должны были объединиться, чтобы стать чем-то иным. Новой формой жизни и не жизни одновременно. Будь я такой как ты, у нас бы все получилось быстро. Но пока я перестраивалась и изучала все невообразимое. Все то, что твориться в мире, в жизни, за пределами мира и жизни. Одним словом, наши тела окончательно потеряли свою силу. И все бы ничего, нам бы они не потребовались в последствии, если бы не этот придурашный профессор. Он дал по нам разряд тока и нарушил наше с тобой слияние душ. Тебе видимо досталось больше. Ты поддерживал меня пока я пропитывалась всем и ничем одновременно.

— Звучит дико, но меня это не пугает. Ладно, мне все равно что тут происходит. Скажи, как мне узнать себя снова? Что мне делать?

— Обычно я тебе задаю такие вопросы. Как же сильно тебе досталось мой милый. Подними кисть руки, поверни и протяни ее мне. Я сделаю небольшой надрез. Я сделаю то же самое и когда наши кисти рук соприкоснуться друг с другом, кровь смешается и ускорит процесс соединения. Мы вновь начнем созерцать, но уже не остров, а чистую энергию без искажения. Ты осознаешь себя, а я буду рядом с тобой. Если нам все удастся сделать быстро, то нам больше не потребуется тела. Мы сможем быть вечностью и последним мигом одновременно.

— Делай уже надрез, я знаю, что мы должны быть вместе. Где бы нам не пришлось оказаться после.

— Ваше время подошло к … Санитаров в палату номер 14! Как же я мог… Зачем я разрешил им увидеться. Скорее, прошу вас. Старый дурак, проникнуться к просьбе не стабильного пациента…

— Профессор мне жаль. Их с нами больше нет.